Правление в России есть самовластие, ограниченное удавкою.

Храбрость — это мужество, вдохновленное духовностью. Упорство же, с которым русские защищались на рубежах, сродни некоему животному инстинкту, и было бы глубокой ошибкой считать его результатом убеждений или воспитания. Русские были такими всегда и, скорее всего, всегда такими останутся.

Уже триста лет Россия стремится слиться с Западной Европой, заимствует оттуда все наиболее серьезные свои идеи, наиболее плодотворные свои познания и свои живейшие наслаждения.

Отечество — это не флаги, гимны и непререкаемые речи о безупречных героях, а горстка мест и людей, населяющих и окрашивающих меланхолией наши воспоминания, согревающих нас теплым ощущением того, что, где бы мы ни были, у нас всегда есть дом, куда можно вернуться.

Когда государство управляется согласно с разумом, постыдны бедность и нужда; когда государство не управляется согласно с разумом, постыдны богатства и почести.

В обществе, где столько поклонников Сталина, стыдно и неприятно жить. Такое общество ненормальное, нездоровое. С любым сталинистом пообщайся, аргументы его послушай — обнаружится либо живодёр либо недоумок. Но у того и у другого — неизменно рабская психология. Он и рассуждает как раб, ход мысли его примерно следующий: вот придёт строгий Хозяин и устроит благоденствие и равенство. А всех плохих в ГУЛаге сгноит. А то, что он сам при Хозяине будет ходить в туалет строем — да какое оно имеет значение… и вообще, «это всё либералы придумали».

Патриотизм в России — это последняя попытка власти защитить наворованное руками обворованного народа.

Истинно, великому народу дан и великий язык.

Жизнь в России — всегда чудо. Плохое чудо или хорошее, но обязательно чудо. Предсказать, что здесь случится, пусть даже в следующем году, абсолютно невозможно.