Я соберу все запахи весны,
И пронесясь горячим ураганом,
Присяду облаком у берега Двины,
О, ты мой бог, сегодня я шальная.

И не стыдясь, не споря,-всё сбылось!
Волною смыты все мои печали,
Сплету венок из солнечных мимоз,
И в нём шагну в врата земного рая.

Нас приютит там бархатная ночь,
Где чувства вспыхнут золотом барханов,
И тот размах весенних сладких грёз,
Устелет путь из лепестков тюльпанов.

Ах, как хочется синего неба!
Распустившихся гроздьев сирени!
Всё унылое выбросить в небыль,
И шагать в такт капели весенней!
Стосковалась по солнечной ласке,
По лучам, что так ярко играли.
И любовь я приму без опаски,
Что без солнца родится едва ли.
Отогрей мне озябшую душу,
Я за зиму её застудила.
Ну, не будь же, весна, равнодушной,
Если чувства сама разбудила.

Петь лишь о весне
Как хочется мне петь лишь о весне.
Она прекрасна в новом белом платье!
Так хочется схватить её в объятья,
И наяву шептать, а не во сне
Слова любви. И радость с ней делить.
Пусть разольётся щедро пыл любовный.
И катятся по свету счастья волны,
Чтоб каждый мог весной счастливым быть.
Как хочется забыть о тишине
И петь с восторгом только о весне!

Запах весны
Весенний запах в воздухе холодном.
Как сладок он! И пусть лежит снежок,
Тихонько, не спеша, так осторожно
Весна, смеясь, зовёт нас в свой мирок.
Не суетлив, так трепетен и нежен,
В нём птичьи трели, песни ручейков.
Весенний мир огромен, он безбрежен,
Он нас любить и радовать готов!
Весна! Звучит напевно, чисто-чисто.
То рвётся ввысь, то низко так басит.
Звук колокольный свадебным монисто
Плывёт, рождая жизнь, по всей Руси!

и все, что нужно держать в уме —
что жизнь — это всегда момент,
это миг до поцелуя по шее, щекам, плечам,
жизнь — это всегда сейчас.

а нужно жить хотя бы ради таких закатов,
и все, что мы ищем, уже есть у нас внутри.
все лучшие моменты — всегда за кадром,
о самом дорогом не хочется говорить.

набраться смелости для искренних разговоров,
выходить на весеннюю улицу и гулять без цели,
целоваться и хохотать больше, чем спорить,
уяснить, что самое простое — и есть самое ценное.
… показать весь текст …

Счастливые люди не скажут кому-то,
Что стрижка не та, или платье не то.
Они на какашки не тратят минуты,
Счастливым вообще не до вас, если что.

Счастливые люди легко идут мимо
Чужих установок, амбиций и лжи,
Глядят на баталии невозмутимо,
Им некогда — люди торопятся жить.

Счастливые люди не будут стремиться
Обидеть, унизить, облаять, дожать.
У них звонче смех и приятнее лица,
Игристей вино и теплее кровать.
… показать весь текст …

В предчувствии большого карнавала
Сгущает мир закатное стекло,
А горизонт, согнув концы овалом
Печалится отсутствием углов.

За облаками тают звуки леса,
Остатки дня стекают с крыльев птиц,
Приходит Ночь — блудница и принцесса,
Мечтательница в платье из зарниц.

Она опять, лукаво, мне в ладони
Обронит неразменный лунный грош,
Ты знаешь, Ночь — я давний твой поклонник,
И в чем-то на тебя в душе похож.

Дождь осенний сердито стучит по истерзанной крыше
Подневольные капли бросая в последний полёт.
Я дождю повинюсь, я его попрошу, он услышит
И расскажет тому, кто меня непременно поймёт.

Кто подарит мне сон не жалея полотен и красок,
Где заставит Ван Гога смешно рисовать облака,
У Пикассо попросит немного изломанных масок,
А гравюры Дюрера добавит по вкусу, слегка.

Многоликий Морфей свой рассказ поведёт по порядку,
Как приволжскую степь накрывает полуденный зной,
Ледяные ветра засыпают снегами К…
… показать весь текст …

Теплый ветер ли бережно в памяти дремлющей веет,
Зажигая тихонько фонарики прожитых дней,
Или бродит душа в уходящей в былое аллее,
Где шумел карнавал, но, как бисер, рассыпался в ней.

В ярких ленточках нот, в конфетти отзвучавшего смеха,
В полуспущенных шариках некогда лёгких надежд
Есть едва различимая грусть улетевшего эха,
Миновавшего вдруг невозвратный последний рубеж.

Не имеет для вечной реки никакого значенья
Прорастанье мое всеми фибрами в крошечный миг,
Ей почти все равно, кто я есть, почему и зачем я
На могучей волне — непослушный бурунчик — возник.
… показать весь текст …

Почему я никак не могу поймать твои мурашки? Я бы хотел
Прижимать их губами в одуряющей духоте,
Из которой все — запах дома: сандал, череда, табак,
Из которой мне зрим человек: он прекрасен, печален и наг.
А теплая кожа — это карта мира в тысячи разных тонов,
И я называю твои родинки в честь земных городов,
Потому что здесь география моего абсурдного счастья,
Хотя вся эта кожа является только маленькой частью
Того, что больше всех карт, поверхностней, звездных атласов:
И мне зрим человек — абрис Бога и великого хаоса,
Человек, мной любимый — и это лишь крепнет с годами,
Человек, чьи мурашки я так долго ловлю губами.