Тот, кто сам не умеет глубоко чувствовать, никогда не распознает тепло в другом. Он назовёт нежность слабостью, молчание — равнодушием, глубину — холодом.

Тогда они придумали выход и пообещали командованию стать хозяйственной базой всего партизанского района. Почти все евреи в местечках тогда были ремесленниками. И вот отряд Бельских начал делать всё — чинить оружие и подделывать документы, шить, клепать, строгать, лечить на всю партизанскую округу. Работали все — от восьмилетних детей до восьмидесятилетних дедушек — с утра до ночи, иначе бы их выкинули из леса на съедение фашистам.
В наше время о партизанском отряде братьев Бельских в Америке из…
… показать весь текст …

Помогать кому либо стать лучше, самая сложная работа — делать из обезьяны человека, это труд Бога.

Все несёмся в Вечность, все
приходим к Богу
Тяжелы ступени жизни от
рождения до тризны.
Нужно попросить прощенья,
помолиться Богу,
Чтобы в буднях жизни нам
найти дорогу.

ноябрь 2022.

Лето в ярком сарафане
На порог ступило вновь.
Раздаётся с самой рани
Хор из птичьих голосов.

И жара стоит повсюду,
А к полудню даже зной,
Но порою ветер блудный
Прилетает озорной.

Лето с солнечной улыбкой
Щедро дарит теплоту.
Чешуёй сверкая, рыбки
Резво плещутся в пруду.
… показать весь текст …

Если ты не будешь тем кто в трудности сдаётся, ты станешь тем, кто принимает капитуляции.

Надёжная защита детей — Любовь родителей.

Спасительное слово «ничего»
В значении осилим, переможем,
Уверенность, отнюдь не хвастовство,
Всё выдержим и силы приумножим.
Безжалостны объятья пустоты,
Настигнувшей внезапно, но мы знаем,
Что снова прорастут надежд цветы,
Потери и печали не считаем.
Жизнь бьёт и вопрошает — каково?
Дубасит, если честно, капитально,
Смеёмся ей в ответ — да ничего,
Справляемся ещё, считай, нормально.

«…Я так счастлива, что не верю ни в смерть, ни в горе. Особенно сейчас, когда ты подошел так близко ко мне. Никто никогда не подходил ко мне так близко. И не обнимал меня. Ты обнимаешь меня так, как будто имеешь на это право. Мне это нравится, очень нравится. Вот сейчас и я тебя обниму. И никто не посмеет тронуть тебя. Пойдем, пойдем, я покажу тебе мою комнату, где я столько плакала, балкон, с которого я смотрела, не идешь ли ты, сто книг о медведях…» /Принцесса/