Василий Шукшин

«Как-то пришел домой-сам не свой-желтый;глядя на жену, сказал:
-Это…я деньги потерял.-При этом ломаный его нос (кривой, с горбатинкой) из желтого стал красным.-Сто двадцать рублей.
У жены отвалилась челюсть, на лице появилось просительное выражение: может, это шутка? Да нет, этот кривоносик никогда не шутит, не умеет. Она глупо спросила:
-Где?
Тут он невольно хмыкнул.
-Да если б я знал, я б пошел и…
-Ну, не-ет!!-взревела она.-Ухмыляться ты теперь до-олго не будешь!-И побежала за сковородником.-…
… показать весь текст …

-Завидую я вам… Вы кто по профессии?
-Бригадир.Лесоруб.
-Завидую вам, черт возьми! Прилетаете сюда, как орлы… Из какой-то большой жизни, и вам тесно здесь… Тесно, я чувствую.

… Властное сильное чувство, как горячая волна, окатило его с головой… Все в мире, вокруг, представилось вдруг ярким, скоропереходящим, смертным.
-Вообще что жизнь?-громко заговорил он.-Все кончится-и все!-Он глядел на женщину-ждал, что она поймет его.-Ну, сделаем мы какое-то свое дело, то есть будем стараться!..-Художник досадливо поморщился-слова были глупые, мелкие.-Черт возьми!.. Ты понимаешь? Ну, сделаем-ну и что? А всю жизнь будем себя за горло держать! Такие уж… невозможно хорошие мы, таки…
… показать весь текст …

Он от души смеялся, когда смуглый длинноволосый клоун с нерусской фамилией выкидывал разные штуки, тревожился, когда молодой паренек в красной рубахе гонял по арене, отгороженной от зрителей высокой клеткой, семь страшных львов, стегал их бичом… Но не ради клоуна и не ради страшных львов ухлопал Чередниченко шесть рублей, нет, не ради львов. Его глубоко взволновала девушка, которая открывала программу.

Каждый настоящий писатель, конечно же, психолог, но сам больной.

У него дорог много, и все — весёлые.

А были — ворота и высокий забор. На воротах написано:
«Чертям вход воспрещен». В воротах стоял большой стражник с пикой и зорко поглядывал кругом. Кругом же творился некий вялый бедлам — пауза такая после бурного шабаша.

Нужно жалеть или не нужно жалеть — так ставят вопрос фальшивые люди.

«Да как же это к ним так ходят-к бабам, и все?-все больше удивлялся Костя.-Приврал, видно, Сашка, хвастнул. Не похожи они на таких… Обыкновенные девчата, и рассуждения у них нормальные-женские».

— Ну, полный дурак или это тебя сгоряча так окрестили? Бывает, досада возьмет — крикнешь: у, дурак! Я вон на дочь иной раз как заору: у, дура та’кая1 А какая же она дура? Она у меня вон какая умная. Может, и с тобой такая история; привыкли люди; дурак и дурак, а ты вовсе не дурак, а только… бесхитростный. А?