Уолт Уитмен

Вдали от мирской суеты
Стоит то, что есть Я,
Весёлый, благодушный,
Праздный, участливый, одинокий,
Опустив глаза, стоит прямо или
С согнутой в воздухе рукой, как бы опираясь на что-то.
Наклонив голову, смотрит,
Любопытствуя, что будет дальше,
Играя и не участвуя в игре,
Следит за ней и удивляется.

Если тебе не удастся найти меня сразу, не падай духом. Если не найдешь меня в одном месте, ищи в другом. Где-нибудь я остановился и жду тебя…

Я лишь точка, лишь атом в плавучей пустыне миров…

Если ты хочешь подойти ко мне и заговорить со мной — почему бы тебе не подойти ко мне и не заговорить со мной?

Приснился мне город, который нельзя одолеть, хотя бы напали на него все страны вселенной,
Мне снилось, что это был город Друзей, какого ещё никогда
не бывало,
И превыше всего в этом городе крепкая ценилась любовь,
И каждый час она сказывалась в каждом поступке жителей
этого города,
В каждом их слове и взгляде.

Мужчина велик на земле и в веках, но каждая нота его величия выросла из женщины.

Друг мой, это не книга, прикасаясь к ней, ты прикасаешься к человеку…

Моим врагам не одолеть меня — за честь свою
пред ними я спокоен.
Но те, кого люблю я безоглядно — мой бог!
я целиком в их власти!
Я, господи! — открыт со всех сторон, беспомощен, бессилен!
Презреннейший, я им стелюсь под ноги пылью.

Слышу, поет Америка, разные песни я слышу:
Поют рабочие, каждый свою песню, сильную и зазывную.
Плотник — свою, измеряя брус или балку,
Каменщик — свою, готовя утром рабочее место или покидая
его ввечеру,
Лодочник-свою, звучащую с его лодки, матросы свою — с
палубы кораблей,
Сапожник поет, сидя на кожаном табурете, шляпник-стоя
перед шляпной болванкой,
Поет лесоруб, поет пахарь, направляясь чем свет на поля,
или в полдень, или кончив работу,
А чудесная песня матери, или молодой жены, или девушки
за шитьем или стиркой, —
Каждый поет свое, присущее только ему,
… показать весь текст …

Ему пою,
На том, что было, возвожу, что есть,
(Так дерево выходит из корней, чем было раньше,
становясь собою.)
Переполняю временем его я и пространством,
пускаю в ход извечные законы,
Чтоб в их круженье он обрел закон в себе.