Теодор Драйзер

Бывают такие редкие, особенные натуры, которые приходят в мир, не ведая зачем, и уходят из жизни, так ничего и не поняв.

Он снова уверял себя, что нужно поставить точку, и этот внутренний спор длился до бесконечности.

Пламя любви нельзя раздуть по желанию, как угли в камине. Если огонь угас — значит, всё кончено.

Не смейтесь над муками неразделенной любви.

Я поняла, что интересна для него лишь с вполне определенной точки зрения, — это обычно пугает женщину и вместе с тем тайно радует.

Человек без житейского опыта — это былинка, увлекаемая бушующими по вселенной ветрами… Наша цивилизация находится еще на середине своего пути. Мы уже не звери, ибо в своих действиях руководствуемся не только одним инстинктом, но и еще не совсем люди, ибо мы руководствуемся не только голосом разума. Тигр не отвечает за свои поступки. Мы видим, что природа наградила его всем необходимым для жизни, — он повинуется врожденным инстинктам и бессознательно находит в них защиту. И мы видим, что человек…
… показать весь текст …

Есть быть может, своеобразное, хотя и жестокое очарование в том, что никому и никогда не было дано предусмотреть все подводные течения и рифы, отклоняющие от намеченного пути нашу ладью, предугадать, куда повернет капризный ветер удачи — надует ли он наши паруса или оставит их безжизненно плескаться на мачтах.

Человечество одурманено религией, тогда как учиться жить нужно у жизни, и профессиональный моралист в лучшем случае фабрикует дешевый товар. В конечном итоге бог или созидательная сила не…
… показать весь текст …

Я особенно благодарен советской революции за то, что она впервые остро поставила в мировом масштабе вопрос об имущих и неимущих. Советский Союз в 1917 году начал великий поход в защиту неимущих. В этом — мировое значение и торжество марксизма.

Использовать труд, сельское хозяйство, промышленность, естественные богатства, технику, человеческие знания, власть человека над природой, использовать все это на благо всех трудящихся для того, чтобы обеспечить всем зажиточную и культурную жизнь, — вот у…
… показать весь текст …

Мы почитаем себя индивидуумами, стоящими вне и даже выше влияния наших жилищ и вещей; но между ними и нами существует едва уловимая связь, в силу которой вещи в такой же степени отражают нас, в какой мы отражаем их. Люди и вещи взаимно сообщают друг другу своё достоинство, свою утончённость и силу: красота или её противоположность, словно челнок на станке, снуют от одного к другим. Попробуйте перерезать нить, отделить человека от того, что по праву принадлежит ему, что уже стало для него характерным и перед вами возникает нелепая фигура то ли счастливца, то ли неудачника — паук без паутины, который уже не станет самим собою до тех пор, покуда ему не будут возвращены его права и привилегии.

«Для того чтобы человек мог получить хоть какую-то радость на отведенном ему коротком отрезке пути, он должен думать и составлять планы, как улучшить положение не только для себя, но и для других, поскольку радость, испытываемая им самим, зависит от того, насколько он радуется за других и насколько другие радуются за него »

Союз двух людей должен основываться на сильном желании жить вместе, и ни на чём другом.

… людей, которые
глубоко
и серьёзно любят
друг друга, мало
занимает мнение
посторонних. Они любят — и этого
довольно!

В глазах женщины только один предмет достоин высшей похвалы: она сама

И главное — не плачьте больше. Потому что, будь вы чисты, как ангел, или черны, как сам дьявол, наихудшее, что вы можете сделать, — это плакать перед кем бы то ни было.

«Деньги — это всё!» — самое низкое, самое подлое учение, которое только может быть навязано человеку.

Мир проходит мимо тех, кто не принимает участия в его безумствах.

…рождаются, живут и умирают, так ничего и не поняв в жизни. Они появляются, бредут наугад и исчезают во мгле

Он обожал её издали, а она и не подозревала, что он не сводит с неё серьёзных горящих глаз, стоит лишь ей отвернуться.

Человек ровно ничего не знает. Ни в религии, ни в философии, ни в науке нельзя найти ответа на ту загадку, которая именуется жизнью. Вот крохотный, слабо мерцающий мирок человеческой мысли. А что за ним, над ним?

В минуты высшего напряжения всего заметнее растет человек.