Оскар Уайльд

«…В деревне всякий может быть праведником-там нет никаких соблазнов. Для приобщения к цивилизации есть 2 пути: культура и разврат.»

Дешевые издания великих книг могут быть прекрасны, но дешевые издания великих людей совершенно невыносимы

Нравственность — это всего лишь поза, которую мы принимаем перед теми, кого не любим.

Красота — высшая форма гениальности, но в отличие от гениальности она не требует подтверждений.

«В наш век слишком много читают. Это мешает быть мудрыми».

Красота — один из видов Гения, она еще выше Гения, ибо не требует понимания. Она — одно из великих явлений окружающего нас мира… Красота неоспорима. Она имеет высшее право на власть и делает царями тех, кто ею обладает…

Что есть истина? В религии — это чудом сохранившаяся точка зрения. В науке — это сенсация. В искусстве — чье-то вчерашнее настроение.

«Каждый кто любит поучать других, начинает с обещания, что это будет в первый и последний раз, а потом беспрестанно нарушает свое обещание.»

Истинная любовь прощает все преступления, кроме преступления против любви. Она освящает всякую жизнь, кроме жизни без любви.

Англия — родина лицемеров.

В нашей жизни возможны только две трагедии. Одна — это когда не получаешь того, что хочешь, другая - когда получаешь. Вторая хуже, это поистине трагедия!

Красота — подарок на несколько лет.

Никогда не доверяй женщине, которая назовет тебе свой возраст. Женщина, сказавшая это, может разболтать что угодно.

Самое страшное не то, что эта жизнь разбивает сердце — сердца создаются, чтобы быть разбитыми, — но то, что она обращает сердце в камень.

Иногда говорят, что актеры показывают нам своих Гамлетов вместо шекспировского. А на самом деле нет никакого шекспировского Гамлета.
Если в Гамлете есть определенность, как в творении искусства, в нем также есть и невнятица, как в любом явлении жизни. Гамлетов столько же, сколько видов меланхолии.

Покупатель — не прав.

Мы превращаемся в отвратительных марионеток с неотвязными воспоминаниями о тех страстях, которых мы слишком боялись, и соблазнах, которым мы не посмели уступить. Молодость! Молодость! В мире нет ничего ей равного!

Общество испытывает поистине ненасытное любопытство ко всему, что любопытства не заслуживает.

А поверить я способен во что угодно и тем охотнее, чем оно невероятнее.

Недовольство — первый шаг к прогрессу как у отдельного человека, таки и у народа.