— Не брать пленных, — продолжал Князь Андрей. — Это одно изменило бы всю Войну и сделало бы её МЕНЕЕ жестокой. А то мы играли в Войну — вот что скверно…, мы великодушничаем и тому подобное. Это великодушничанье и чувствительность — вроде великодушия и чувствительности барыни, с которой делается дурнота, когда она видит убиваемого телёнка; она так добра, что не может видеть кровь, но она с аппетитом кушает этого телёнка под соусом. … Ежели бы не было великодушничанья на Войне, то мы шли бы только…
— НЕ брать пленных....
Слова Князя Андрея Николаевича Болконского, сказанные Пьеру Кирилловичу Безухову накануне Бородинского сражения (1812 г.),
