Джонатан Свифт

На свете нет такой нелепости, которая не имела бы своих защитников среди философов.

Ибо, говоря начистоту, мы совершаем фатальный промах, неудачно выбирая себе компанию, в которой слывем дураками, тогда как в другой компании могли бы стяжать репутацию философов.

Развращённый разум, пожалуй, хуже звериной тупости.

Меня глубоко удивило, в каком заблуждении держат мир продажные писаки, приписывая
величайшие военные подвиги трусам,
мудрые советы — дуракам,
искренность — льстецам,
римскую доблесть — изменникам,
набожность — безбожникам,
правдивость — доносчикам.

Я узнал, сколько невинных и превосходных людей было приговорено к смерти или изгнанию вследствие происков могущественных министров. Сколько негодяев возводилось на высокие должности, облекалось доверием, властью, почетом и осыпалось материальными благами. Какое невысокое мнение сложилось у меня о человеческой доблести, мудрости и честности, когда я получил правдивые сведения о пружинах и мотивах великих событий и переворотов, и о тех ничтожных случайностях, которым они обязаны своим успехом…

Джонатан Свифт
30.11.1667 — 19.10.1745

Удовлетворять потребности ценой отказа от желаний равносильно тому, чтобы отрубить ноги, когда нужны башмаки.

В спорах, как на войне, слабая сторона разжигает костры и устраивает сильный шум, чтобы противник решил, что она сильней, чем на самом деле

Власть — такое же искушение для монарха, как вино или женщины для молодого человека, как взятка — для судьи, деньги — для старика и тщеславие для женщины.

Сердиться — это значит мстить самому за ошибки других.

Давно известно, что те, кому отводят вторые места, имеют неоспоримое право на первое.

Религия — болезнь души.