Иоанн Златоуст

Ты постишься? Напитай голодных, напои
жаждущих, посети больных, не забудь
заключенных. Утешь скорбящих и плачущих; будь милосерден, кроток, добр,
тих, долготерпелив, незлопамятен,
благоговеен, истинен, благочестив, чтобы
Бог принял и пост твой и в изобилии
даровал плоды покаяния.

Но если глава семьи (муж) не выполняет возложенные на него обязанности, то жена (в случае превосходства над мужем в добродетели) вправе занять его «начальствующее» положение и учить его правильной (христианской) жизни как словами, так и делами.
Если же муж не выполняет возложенные на него обязанности, то жена (в случае превосходства над мужем в добродетели) вправе занять его начальствующее положение и учить (наставлять) его правильной (христианской) жизни.
Впрочем, Златоуст считает, что главенство жены является не нормой, а экстраординарной ситуацией, призванной вразумить мужа и восстановить норму ветхого общества — подчинение жены мужу во взаимной любви и сослужении.

Мы обращаемся к оскорбителям как бы к каким великим людям, когда говорим: ты кто, что оскорбляешь? А следовало бы говорить, напротив: ты оскорбляешь? — оскорбляй; ведь ты — ничто. Скорее к тем, которые не наносят оскорблений, следовало бы говорить: ты кто, что не оскорбляешь? Ты выше естества человеческого.

Толстое чрево не родит тонкого смысла.

«Бог — Господь простирает тебе Свою руку: дай Ему свою!»

Милосердие — не только залог будущего помилования, оно уже здесь, на земле усвояет нам счастье ровного расположения духа, чистой по отношению к ближнему совести, душевного покоя.

Бог дал тебе богатство с тем, чтобы ты купил себе Небеса.

Красота душевная всегда цветет, никогда не увядает; она не боится никакой перемены, ни наступившая старость не наводит на нее морщин, ни приключившаяся болезнь не заставляет увядать, ни беспокойная забота не вредит, но она выше всего этого. Напротив, красота телесная не успеет появиться, как уже исчезает и, появившись, возбуждает удивление не во многих. Люди благонравные не удивляются ей, а удивляются только невоздержные.

Внешний мир рассеивает внутреннюю сосредоточенность.