Иван Сергеевич Тургенев

— А тебе не все равно, что о тебе думают? — Не знаю, что тебе сказать. Настоящий человек об этом не должен заботиться.

К несчастью, я выше их всех…

Я могу справиться со всем, кроме искушения.

Любовь сильнее смерти и страха смерти. Только ею, только любовью держится и движется жизнь.

Я стоял на вершине пологого холма; передо мною — то золотым, то посеребренным морем — раскинулась и пестрела спелая рожь.
Но не бегало зыби по этому морю; не струился душный воздух: назревала гроза великая.
Около меня солнце еще светило — горячо и тускло; но там, за рожью, не слишком далеко, темно-синяя туча лежала грузной громадой на целой половине небосклона.
Всё притаилось… всё изнывало под зловещим блеском последних солнечных лучей. Не слыхать, не видать ни одной птицы; попрятались даже воро…
… показать весь текст …

Я всегда говорила, что из этих ваших «свадеб по любви» ничего путного не выйдет.

…он свел нас на свою пасеку, в самую глушь леса…

Весь облик Аркадиева дяди, изящный и породистый, сохранил юношескую стройность и то стремление вверх, прочь от земли, которое большею частью исчезает после двадцатых годов.
***
— Да, — проговорил он, ни на кого не глядя, — беда пожить этак годков пять в деревне, в отдалении от великих умов! Как раз дурак дураком станешь.
***
— В таком случае я не понимаю твоего барина. Одинцова очень мила — бесспорно, но она так холодно и строго себя держит, что…
— Ты говоришь, она холодна. В этом-то самый вкус и есть. Ведь ты любишь мороженое?
***
…изучать отдельные личности не стоит труда. Все люди друг на друга похожи как телом, так и душой; у каждого из нас мозг, селезенка, сердце, легкие одинаково устроены; и так называемые нравственные качества одни и те же у всех: небольшие видоизменения ничего не значат. Достаточно одного человеческого экземпляра, чтобы судить обо всех других. Люди, что деревья в лесу; ни один ботаник не станет заниматься каждою отдельною березой.
***

Кто злится на свою боль-тот непременно её победит

Удивительное дело, как человек еще верит в слова.

Смех без причины — лучший смех на свете — все это радостное кипение жизни юной, свежей, этот порыв вперед — куда бы то ни было, лишь бы вперед.

Жизнь — это красноватая искорка в мрачном и немом океане Вечности, это единственное мгновение, которое нам принадлежит.

Наша повседневная жизнь — как длинная серпантинная лента — тянется и тянется. Если все время следовать этой ленте, очень скоро пропадают из головы сумасшедшие мысли, организм становится такой медленный на подъём и вас накрывает Никакое Настроение. Потому что ничего не происходит. Все
как всегда, каждое утро. Один и тот же маршрут, одни и те же люди, одинаковые действия… Пребывая в этом сером состоянии, очень легко забыть, что бывает и по другому. Но! Мы ведь сами себе хозяева, правда? Разве трудно сделать что-то необычное, что может быть давно хочется, но так же давно откладывается?

Себялюбие — самоубийство. Себялюбивый человек засыхает, словно одинокое, бесплодное дерево; но самолюбие, как деятельное стремление к совершенству, есть источник всего великого.

— Спорь даже с глупцом! Ни славы, ни выгоды ты не добудешь… Но отчего иногда не позабавиться!

Хорошо быть муравьём, тащить муху и не сострадать.

Все чувства могут стать началом для любви, к чувственной страсти, все — сожаление, равнодушие, ненависть, дружба, страх, уважение и даже презрение. Все чувства. Все… Кроме одного — чувства благодарности. Благодарность — это долг, обязанность, а люди неохотно оплачивают свои долги, да и любовь ведь — не деньги.

На молчание-то мы все горазды; особенно наши женщины этим взяли:
иная возвышенная русская девица так могущественно молчит, что даже в подготовленном человеке подобное зрелище способно произвести легкую дрожь и холодный пот.