Погасла заря золотого рассвета,
На землю лучи одинокие бросив.
Склоняются ивы от стылого ветра.
В душе наступили ни лето, ни осень.
Тускнеют слова, что казались родными,
На сердце оставив свинцовые пятна.
«Мы стали чужими… мы стали чужими?»
Душа повторяет сумбурно-невнятно.
От слез просыпаюсь, ища тебя взглядом.
Бросает то в дрожь, то терзает удушье.
Вокруг только тени нависшие рядом,
Безмолвная ночь и сырая подушка.