Антоний Сурожский

Любите врагов ваших, благословляйте ненавидящих вас (Мф. 5: 44) — заповедь, выполнение которой может быть для нас более или менее легким; но простить людям, причиняющим страдания тому, кого мы любим, — дело совсем иное. Тут может показаться, что ты словно бы совершаешь предательство. И однако, чем больше наша любовь к тому, кто страдает, тем более мы способны разделить страдание и простить, и в этом смысле наибольшая любовь достигнута тогда, когда мы вместе с рабби Егел Микаэлем можем сказать: «…
… показать весь текст …

…Если мы видим в себе что-либо тёмное, то лишь потому, что свет проник в новую глубину нашей жизни…

…Мы часто говорим, что справедливость заключается в том, чтобы уделять другому человеку то или иное. Справедливость начинается не тут, справедливость начинается там, где мы говорим, что этот человек существует совершенно вне меня, что он имеет право существовать совершенно вне и даже против меня, он имеет право быть самим собой, как бы это ни оказалось неудобным, мучительным, убийственным для меня. Если эту меру справедливости мы не применяем, тогда все остальное — подачки, а не справедливость…
… показать весь текст …

Если то, что ты получил первоначально, для тебя оказалось драгоценностью, тогда стоит искать всю жизнь. Даже если только к концу жизни найдешь — все равно стоит всю жизнь искать, потому что без этого нельзя жить.

Дружба как храбрость (из проповеди)

Я упоминал, что мы должны быть не только учениками Христа, но Его друзьями. Бывает, ко мне на исповедь приходит ребенок лет семи-восьми и приносит целый список прегрешений. Я слушаю и потом обыкновенно спрашиваю:
— Скажи, ты сам чувствуешь себя виноватым или повторяешь мне то, в чем тебя упрекают твои родители?
— Нет, мама мне сказала, что я должен исповедать то или другое, потому что это ее сердит, этим я нарушаю покой домашней жизни.
Я на это отвечаю:
— Теп…
… показать весь текст …

Когда я нахожусь лицом к лицу с человеком, на которого смотрю глазами любви, не глазами безразличия или ненависти, а именно любви, то я приобщаюсь к этому человеку, у нас начинается нечто общее, в нас начинает просыпаться нечто великое. Восприятие человека происходит на глубине, которая за пределами слов, за пределами эмоций. Верующий сказал бы: когда я вижу человека в этом свете, в свете чистой любви, то я вижу в нём образ Божий, вижу икону… Это совсем не значит, что такая икона во всех отношен…
… показать весь текст …

Живое сердце надо в себе воспитывать с очень ранних лет; надо заботиться, чтобы сердце осталось отзывчивым, несмотря на то, что отзывчивость приносит с собой не только радость общения, но и боль общения; и не только общения, но и боль разобщенности, оставленности и отверженности. Мы все рады бы иметь сердце чуткое и радостное, но нам страшно бывает, чтобы сердце наше осталось чутким, когда платишь за эту чуткость болью, которую иначе можно было бы не испытывать. И вот тут нужно очень много мужества, очень много решительности, чтобы сказать: пусть мое сердце, коль это будет нужно, раздирается болью, но я его не закрою…

— Если ты хочешь по-настоящему каяться, исповедоваться по истине и меняться, тебе не надо сосредотачиваться только на том, что в тебе плохо. Тебе нужно впустить в себя свет. А для этого нужно обратить внимание на то, что у тебя уже есть светлого. И во имя этого света бороться со всей тьмой, которая в тебе есть.

— Да, но как это сделать? Неужели я буду думать о себе, что вот я такой хороший в том или другом отношении?

—  Нет. Читай Евангелие и отмечай в нём те места, которые ударяют тебя в душу…
… показать весь текст …

Кто же мой ближний, которого я должен возлюбить как самого себя?

И Христос отвечает, как часто Он делает, переворачивая мир вверх дном: ближний это не тот, который тебе близок, не тот, который тебе дорог, не тот, кого ты, оглядываясь, заметишь и приблизишь к себе, — это тот, который в тебе нуждается, всякий, кто бы он ни был, встречный, поперечный, знакомый и незнакомый…

Ближний — это тот, который в тебе нуждается!

Мы все думаем, будто знаем, что такое любовь, и умеем любить.
На самом деле, очень часто мы умеем только лакомиться человеческими отношениями.