Анатолий Мариенгоф

Пятнышко, как от раздавленной клюквы.
Тише. Не хлопайте дверью. Человек…
Простенькие четыре буквы:
— умер.
1918

На девятнадцатом году революции Сталину пришла мысль (назовём это так) устроить в Ленинграде «чистку».
Он изобрёл способ, который казался ему тонким: обмен паспортов.
И десяткам тысяч людей, главным образом дворянам, стали отказывать в них.
А эти дворяне давным-давно превратились в добросовестных советских служащих с дешёвенькими портфелями из свиной кожи.
За отказом в паспорте следовала немедленная высылка: либо поближе к тундре, либо — к раскалённым пескам Каракума.
Ленинград плакал.
Незадолго…
… показать весь текст …

Когда к Петру Петровичу приходил пациент с больным сердцем и спрашивал: «Доктор, а коньячок-то небось мне теперь пить нельзя?.. И курить небось — ни-ни?.. И насчет дамочек…» — Петр Петрович обычно клал такому пациенту на плечо свою костистую руку и внушительно поучал: «Самое вредное для вас, дорогой мой, это слово „нельзя“ и слово „ни-ни“. А все остальное — Бог простит… И я вслед за ним».

— Ну, а чего, Мишенька, всегда хочется?
- Тебя, Фрося.
- А вот глупый, и не знаешь: всегда хочется ничего не делать.
***
Чем ближе я подхожу к вечности, тем игривее становятся мои мысли.

Приду. Протяну ладони.
Скажу:
— Люби. Возьми. Твой. Единый…
У тебя глаза, как на иконе
У Магдалины,
А сердце холодное, книжное
И лживое, как шут…
Скорей, скорее: «нет, не люби!» — кинь,
Как булыжник.
Аминь.

Мне пpиходит в голову мысль, что люди pодятся счастливыми или несчастливыми точно так же, как длинноногими или коpотконогими.

К сожалению, мы хорошо разбираемся в чувствах, когда они уже не существуют…

Я не верю в любовь к «сорока тысячам братьев». Кто любит всех, тот не любит никого. Кто ко всем хорошо относится, тот ни к кому не относится хорошо.

Каждый из нас придумывает свою жизнь, свою женщину, свою любовь и даже самого себя. И чем беднее фантазия, тем лучше.

Можно мне сказать гадость. Совсем маленькую и не очень скабрезную. О том, как надо просить у жизни счастья.
Так вот, счастья надо просить так, как одесский беспризорный милостыню:
— Гражданка, дайте пятачок. А не то плюну вам в физиономию — у меня сифилис.