Александр Иванович Куприн

«…и теперь сам удивлялся тому, как много счастья может заключаться в простой возможности идти, куда хочешь, повернуть в любой переулок, выйти на площадь, зайти в церковь и делать это не боясь, не думая о последствиях.»

Только напряжение способно создать атмосферу творчества.

Каждая женщина, которая любит, — царица.

Мечтать о несбыточном, так мечтать пошире.

… О, языческое удельное княжество Москва! Она ест блины горячими, как огонь, ест с маслом, со сметаной, с икрой зернистой, с паюсной, с салфеточной, с ачуевской, с кетовой, с сомовой, с селедками всех сортов, с кильками, шпротами, сардинами, с семушкой и с сижком, с балычком осетровым и с белорыбьим, с тешечкой, и с осетровыми молоками, и с копченой стерлядкою, и со знаменитым снетком из Бела озера…

Всему миру не поможешь, а одному человеку помочь можно.

Вот прошло некоторое время, и скучны тебе стали, приелись мои ласки. Вместо праздника любви наступили утомительные, мутные будни. Скажи мне прямо и просто, как другу: прощай. Поцелуемся в последний раз и разойдемся. Что за ужас, когда один не любит, а другой вымаливает любовь, как назойливый нищий!

Человек рожден для великой Радости, для беспрестанного творчества, для широкой, свободной, ничем не стеснённой Любви ко всему;
к дереву, к небу, к человеку, к милой, прекрасной земле, особенно к земле с её блаженным материнством, с её утрами и ночами, с её прекрасными ежедневными чудесами.

Пьют от скуки паршивые неудачники, а перед тобою целый мир впереди. Будь весел и пьян без вина.