Александр Митта

—В конфликт вступает то, что на самом деле хочет персонаж, а не то, что он заявляет словами. Маска-не обязательно выражение лживости. Чаще маска является защитой от агрессивной среды.

Орсон Уэллс-универсал: у него не было денег на фильмы, он всю жизнь искал их. Однажды, подрабатывая лекциями, он приехал в провинциальный университет и обратился к полупустому залу: «Дамы и господа! Я кинорежиссер, театральный режиссер и радиорежиссер. Я писатель: пишу сценарии и пьесы; я актер-играю главные роли в кино и в театре. И я не понимаю, почему меня здесь так много, а вас так мало».

Цепочка событий в фильме обычно состоит из 30−50 событий. Это определил еще Станиславский. Голливуд принял эту цифру как независимую аксиому. Она 10-ки тысяч раз апробирована в самых разных фильмах. Исходя из нее, длина события от 2,5 до 5 страниц текста сценария. В мировом стандарте сценарий имеет 105−115 стр.

Ищет любой знак, помогающий ему сперва ощутить центр Добра, а затем инстинктивно противостоять центру Зла. Если действие лишено деталей, вас подстерегает другая опасность. Все проблемы герои решают словами. Вместо визуального облика событий мы увидим говорящие головы. Так работает телевидение.

Неуверенность создает наибольшее напряжение, когда сомнения развиваются быстро. А победа проясняется медленно.

Американские правила говорят: зло в драматическом конфликте не может быть выражено в социальном или экологическом явлении. Оно не может выступать в виде философской категории. Зло обязательно должно концентрироваться в облике конкретного антагониста.

На самом деле нет такого рубежа, как граница между искусством и развлечением, а кино-это вообще такой вид сотрудничества, где каждый последующий стирает следы работы предыдущего.

В фильме «Леон» прекрасный актер Гэри Олдман играет полицейского-психопата. В его ушах все время торчат маленькие наушники. Он ходит пританцовывая, поводя в воздухе рукой в такт слышной только ему музыке. Когда и мы слышим музыку, оказывается, что это симфония Бетховена. Это классная деталь характера.

Лишите этого человека работы-он долго не протянет. Так оно и происходит с шеф-пилотами международных авиалиний. После ухода на пенсию эти суперпрофи, от которых зависела жизнь сотен пассажиров, остаются ни с чем. Судьба дает им год, максимум два до инфаркта. Это статистика.

Его нога в гипсе, рядом разбитый фотоаппарат на столе и фотографии автогонок и автокатастроф на стене. Сразу все понятно: герой-крутой фотожурналист, любитель лезть в пекло, на репортаже сломал ногу. При этом не сказано ни одного слова.