Алина Лён

Я хочу с тобой в унисон — до последних струн,
Обнажить всю чуткость, прижать к трудовым мозолям
Твоей долгой жизни, твоих пересохших дюн,
Прогоревших в прошлом до черной глубинной боли.
Я готова выучить самый сложный язык,
Чтобы слово твое понять. Хоть одно, но слово!
На рубашке блик — это свет мой к тебе приник,
Это свет души на груди твоей поцелован.
Убежала бы, да по плечи уже вросла
То ли в теплый голос, а то ли в убранство улиц
По которым мне никуда с твоего двора
Не уйти уже — не расстатьс…
… показать весь текст …

Подожди писать стихи о том утраченном,
что болит в тебе.
Я чувствую — болит.
Милый мальчик, лето будет одуванчиковым,
лето встанет разонтравьем из земли,
встанешь ты.
Холсты, цветы — все будет вкрадчивым,
все как прежде тебя счастьем опьянит.
Подожди писать стихи, мой милый мальчик,
я же чувствую, я знаю, как болит.
А вдали,
смотри,
уже идет по льдистому
побережью этой боли дивный март.
… показать весь текст …

бери ярость в ножны,
расскажи свои страсти чернильнице,
ты такой невозможный —
даже небо с тобой половинится.
Не устал ли от драк,
от духовной археологии?
А еще ты дурак.
И уши у тебя холодные.
Собираешь закат
в кринку смуглых больших ладоней,
ты мне муж или брат,
ты мне верен или покорен?
Собираешь закат
и глядишь словно вдаль и мимо,
… показать весь текст …

Он молчит: «я ехал в пустом трамвае
В дивный край, любимая, в дивный край».
Отвечаю ему что я знаю, знаю,
и ты сам дорогу ту не забывай.
Он молчит: «я однажды себе сжег пальцы,
Я огни пожарищ с руки кормил,
Я смотрел во тьму, и так может статься —
Часть ее оставил в своей груди».
Отвечаю ему поцелуем быстрым,
Отвечаю всей нежностью, всей тоской:
Ты кормил огонь и остались искры,
По их свету я следую за тобой.
Он молчит: «я однажды увидел море,
Оно пело, любимая, пело мне».
… показать весь текст …

В доме штормит.
Души летят за борт,
только мужчина смотрит все так же чутко,
он говорит:
«я буду приглядывать за тобой,
чтобы всегда успеть подать тебе руку».
Волны все выше, стаей своих горбов
рвут паруса.
Солнце в окошке тонет.
Он говорит:
«я буду приглядывать за тобой,
просто на всякий.
Знаешь, мне так спокойней».
Слышится крик.
… показать весь текст …

Да что же? Идут одинокие люди, печальные люди,
И каждый из них и судья, и ладья, и пасьянс в рукавах —
Судьбы ли, страны. И всем нам одинаково честно и трудно,
Всем нам одинаково и одиноко, всем жизнь коротка.
Нас ангелы крестят — и плетью, и платой, и платьем — плитой над макушкой,
А мы, посмотри, боже мой, уже ровно по горлышко смысла полны.
Ведь ты говорил: «Человечество так откровенно меняется в душах,
Что меньше родных с каждым годом, что меньше нам сродных, но больше больных».
Но люди иду…
… показать весь текст …

В наш дом бьются первые листья,
но это не важно,
как много неважного нас окружает порой:
пустые для сердца, мучительные пейзажи,
безбрачие скорых чувств и собачий вой.
Послушай, все это не важно, все это тщетно,
послушай, послушай!
Ты слышишь — и это дар.
Мы громко лежим в нашей комнате на паркете,
мы так оглушительны,
мы с тобой — пар и жар,
мы струны гитар,
нас когда-то слепили из облака,
слепили из света,
… показать весь текст …

Он говорит «над рекой рассвет, словно ангел в платьице»,
и ведет меня прямо к воде, к ее мирному пению,
и казалось бы — я одна, он глядит в небесное,
где огромное облако машет ему и пенится,
но он говорит «чувствуешь, как легко здесь дышится»
но так, как можно сказать «я люблю тебя, девочка»,
потому что любое признание не в словах подобранных,
а в тембре, в дрожании голоса, в чем-то певческом,
он говорит — как целуют в темечко, как хватают на руки,
как несут невест среди белых ветвей че…
… показать весь текст …

Прощаю поздние звонки. Разбуженная ночью,
я воздвигаю из стихов венчальное построчие.
Стою в рубахе у окна, как девочка иконная,
в окладе улиц почерневших — случайная мадонна.
Прощаю «я не смог зайти». Зайти ко мне непросто —
приходится идти босым по буквам или звездам,
приходится царапать грудь о письменные тернии
и пробиваться тяжело сквозь клятвы и сквозь ветви.
Прощаю сумерки невстреч. В их матовом покое
молитвы пахнут, как снега, и обрастают смолью
чернильных маковых одежд, страничных белых платьев.
Молитвы пахнут, как снега, а снег — церковным ладаном.
Прощаю все, почти что все: затмение несбытого,
любовниц с мертвенным лицом, надрывные визиты,
… показать весь текст …

Вышью душу песнями,
вышью тебе, миленький,
тетивой и струнами,
прочным телом трав,
вышью своей стойкостью, каждым сухожилием,
алагреком буквенным распишу рукав.
Спросят меня близкие: «что же ты там делаешь?»
Вышиваю душу я, отнесу ему
пусть примерит легкую,
пусть примерит белую,
пусть лицо буранное просветлеет, пусть!
Носит пусть под крестиком,
на груди разорванной,
сердце прячет слабое, ведь едва стучит.
… показать весь текст …