Светлана Гольдман

Астры к небу повернули личики —
острые, как иглы, лепестки.
Мы с тобой — язычники, язычники,
пьяные от собственной тоски.

Пьяные от мании величия,
друг на друга молимся во мгле.
Мы с тобой язычники, язычники,
мы вдвоём остались на земле.

Наплевав на правила приличия,
прямо с неба, с астрами в руке,
упадёшь. И я тебя, язычника,
искупаю в птичьем молоке.
… показать весь текст …

А я почти не помню тех, других.
Как будто не мужчины, а фантомы
скользили в декорациях картонных
(и пьеса сыграна от сих до сих).

И я совсем не помню, как они
едят, смеются и целуют в губы,
с кем читан Лем, с кем пересмотрен Кубрик
(кого нельзя помиловать казнить).

Но чахну, как над золотом Кащей,
я над малейшим словом, жестом, взглядом,
перебираю жадно каждый атом
из драгоценной сущности твоей.

Слёз закипевших соль, —
след на щеке дорожкой…
Эта острая боль —
камешек в босоножке.
Я заплачу за всё,
я никогда не плачу
в каменное плечо.
Я не коплю. Я трачу.
Трачу саму себя,
вплоть до последней нитки.
Я проживу, любя,
все золотые слитки
летних погожих дней,
плеч загорелых гладкость…
… показать весь текст …

Победа! Мир горит на солнце мая,
и все вокруг друг друга обнимают,
и репродуктор радостно хрипит.
— Прости-прощай, я не вернусь, родная! -
знакомый голос по ветру летит…
И бабушка, моложе нас с сестрою,
поникла вдруг кудрявой головою, —
в ней горе молчаливое болит.

— Прости-прощай… А обещал, — не брошу,
рожай смелее в этот мир хороший.
Я дом построю, чтоб из окон вид.
А сам теперь — прости-прощай, родная…
… показать весь текст …

Но никто же не виноват
В том, что это случилось с нами.
Мы поедем в Санкт-Ленинград.
Там и ангелы пьют с чертями.

Там туманом с болот дышать,
Каменеть над стальной Невой
Означает: вновь рисковать
И душою, и головой.

Но никто же не виноват,
Что ведёмся, как дураки,
На один-единственный взгляд,
Размягчающий позвонки.
… показать весь текст …

Кофе мне теперь нельзя. Ну как нельзя. Можно раз в день не крепкий, не чёрный, без коньяка, без бейлиза, без сахара, эх.
С безлактозным молоком и фитпарадом со вкусом ирландского ликёра (не спрашивайте!)

И в связи с этим ограничением кофе теперь — синоним счастья, которое тоже редкая вещь, как ни крути.
Когда варишь кофе, нельзя отвлекаться. Надо пристально смотреть на нежную пенку, радужными пузырьками поднимающуюся на поверхность джезвы.

Так смотрят на спину спящего на животе любимого, наблюдая, как от движения лёгких и бронхов на его шее приподнимаются и опадают волоски.

Вот кофе налит. И ты подносишь чашку к губам — запах, вкус, тактильные ощущения от прикосновения губ к краю чашки, облачка пара над ней, пенки, плотной и одновременно летучей — очень напоминает любовь.

Потому что аромат кофе — это как поцелуй. Обещание счастья. А вкус… ну, вкус это всё остальное.

…С живыми можно наломать дров, раскурочить всё, что можно и нельзя, и всё-равно потом это исправить. И даже плохой клей для разбитой чашки-это шанс. Хотя бы извиниться, хотя бы попытаться, хотя бы увидеть и услышать.
С ушедшими за грань этого мира уже совсем ничего нельзя. Необратимость настигает не сразу, но потом обрушивает всё внутри, как ковш бульдозера ветхие стены, и ты остаёшься на обломках прошлого, понимая, что будущего в этой жизни у вас с этим человеком больше нет.
Никакого.
Никогда.
Любите живых.
Говорите им о своей Любви. Говорите сотни нежных слов, даже если покажется, что им это надоело. Даже если покажется, что надоело вам.
Не бойтесь пересахарить или пересолить, это ведь не кулинария.
Не бойтесь перелюбить.
Недолюбить можно.
Перелюбить- нельзя.

Скажу тебе при встрече:
— Тебя восполнить нечем.
Тебя забыть не в силах
(знак препинанья — точка).
Ты мне, как прежде, — милый,
и так, как прежде, — очень.
Ты мне один — как ветер,
в осенних листьях спящий.
Ты мне — один на свете —
живой и настоящий.

А мне казалось, мне казалось,
Что эта суета вокзалов,
Что эта неба синева
Даны на счастье, не на горе.
Что все привычные слова —
Совсем другое.

А мне казалось, мне казалось,
Что прочно в узел завязалось
И это, и ещё вон то.
Что это детское и птичье
К устоям чуждым безразличье —
Почти что дом.
… показать весь текст …

1

Не запнись, шагнув через порог —
Месяц светит через левое плечо.
И не ведом ни одной ведунье срок,
Сколько ждать-пождать тебе ещё.

Письма развесёлые пиши,
слёзы с жемчуг’ом отборным взвесь.
Хоть огнём, хоть воздухом дыши, —
ясный сокол был, да вышел весь.

Ясный сокол — камнем с облаков,
а потом ищи его, свищи.
… показать весь текст …