У В. В. Корнева в «Философии повседневных вещей»:
«С феноменологической точки зрения возраст — это не «годовые кольца», не рубежи и даты, не набор психологических установок, не динамика интеллекта. Даже не конфликт между «внутренним ребенком» и внешним социальным образом. Возраст — это стойкое ощущение перманентной виновности, в том числе перед самим собой. (…) Возраст-вина сознается, таким образом, как некая искренняя солидаризация с чужой точкой зрения, и тогда само сопротивление тотальной сис…
… показать весь текст …

Воду сколько угодно мути.
Нет памяти. Есть лишь память о памяти.

То есть буквально: я помню лишь то, что помню,
И то, припоминаю довольно скромно:

Скетчи какие-то, плоские схемы,
Девушки из харчевни, из автомата, из Ипанемы…

Вместо книги — лишь выдранные страницы,
Додуманные диалоги, дорисованные лица…

Склеить клочки можно, уверен, не дрогнет рука.
Но это будет лишь реконструкция несуществующего подлинника.
… показать весь текст …

Когда в юности я с упоением выл «Я сам из тех, кто спрятался за дверь», особый надрыв я извлекал из себя на словах «Я добрый, но добра не сделал никому». Очень переживал, да.

Чем дольше живу, тем больше запутываюсь во всех этих, казалось бы, нехитрых категориях.

Природная доброта существует, но она действительно довольно часто бесплодна. То есть отрицать её сложно, но столь же непросто испытывать благодарность по её поводу. Она похожа на бесплатный книжный развал, где ходишь-ходишь, а там тысячи томов женских романов и руководств по вязанию. Бери хоть все.

Не хочу быть таким добрым. Хочу быть злым, но нужным.

Встречаясь с Ивановыми иными,
Конечно, вспоминала про меня,
Но, занята заботами дневными,
Легко воспоминание гоня,

Довольно скоро перезагружалась.
Шли годы. Вдруг заметила она,
Что Ивановых вовсе не осталось,
Ни старика тебе, ни пацана.

Надежду окончательно теряя,
Услышала однажды, подошла,
Спросила, до конца не доверяя:
Ты Иванов? Тебя-то и ждала,
… показать весь текст …

Фёдор Гирёнок (Археография наивности) своим штилем излагает антропологические идеи Канта: «Конечно, мы, европейцы, странные люди. Мы полагаем, что видимость добра гораздо лучше отсутствия добра, а видимость человека гораздо лучше его отсутствия. Почему? Потому что от видимости добра может родиться добро. А видимость человека может породить человека».
«Странные люди» и довели эту идею до того состояния, в котором нынче пребывает Европа и Россия, — когда под ногами не осталось почвы, есть только её видимость. Хорошо тем невесомым видимостям человека, которым эта почва и не нужна вовсе. Они творят видимость добра и тем вполне утешены.
Беда тем, кто не хочет становиться видимостью.

Больной И.И., страдающий синдромом Капгра (симптом отрицательного двойника) был убеждён в том, что его жену Варвару заменил двойник, биомеханическая кукла, стремящая извести И.И. сексуальной холодностью.

Убеждения родственников и лечащих врачей в том, что у него нет никакой жены, не возымели успеха. Тогда было решено провести терапию методом тотального расширения пространства бреда. И.И. было сообщено, что вообще все люди на планете Земля — это двойники куда-то подевавшихся оригиналов.

Налицо явная ремиссия. И.И. весел и ироничен, и даже посещение его в больнице Варварою он воспринял вполне благожелательно.

Врачам остаётся лишь сокрушаться, что ради излечения одного больного им пришлось разгласить крайне секретную служебную информацию.

Вот человек проходит мимо.
Я говорю ему: «Постой,
Quo vadis, если не секрет,
Да и откуда, любопытно?»
Он отвечает: «Не секрет,
Иду я, скажем, ниоткуда,
Иду я, точно, никуда:
Вот за углом возник внезапно,
Вот за углом исчезну вдруг.
Такая миссия, товарищ,
Такая функция моя».
Его речам не доверяя,
Я с ним прошёлся до угла:
Шагнул — и верно — растворился,
… показать весь текст …

Если ты угадаешь вот в этом облаке образ злого дракона,
Я угадаю вон в том облаке образ Георгия Победоносца со знаменитой иконы.
Юрий-Георгий того укротит и станет по небу выгуливать на поводке,
Станет добрым дракон и послушным хозяйской руке.

Если ты угадаешь вот в этом облаке чорта с рогами,
Я обложу этого чорта особыми облаками,
Что целиком состоят из святой воды,
И не останется от нечистого ни рогов, ни копыт, ни бороды.

Если ты угадаешь вот в этом облаке смерть неминучую,
Я придумаю, чтобы облако обернулось электрической тучею.
Не соблюдая техники безопасности, смерть обязательно схватится
За что-нибудь оголённое, и силы её хотя бы на время утратятся.
… показать весь текст …

Вот вопрос: может ли быть знаменитым стихотворение Бориса Пастернака «Быть знаменитым некрасиво»? И может ли сам Пастернак быть знаменитым благодаря этому стихотворению?

Ведь, по сути дела, это своеобразный манифест самоуглубления и самоотстранения, это довольно сложный микс квиетизма и эскапизма, это гимн служению и самоотдаче?

Как подобное стихотворение может перепечатываться десятками тысяч тех же пользователей соцсетей? Зачем они это делают? Популяризируя самотстранение и молчаливое служение, что ли? Так они же сами тому не следуют, ревниво следя за числом «лайков» после публикации текста поэта, к которому они не имеют никакого отношения?

Странен этот мир. Популярные отшельники, знаменитые тайноведы, нобелевские лауреаты, осуждающие известность.

Сон прервался криком за окном.
Я вскочил, ещё захвачен сном,
Поспешил к рассветному окну:
Ни души единой. Ну и ну.

Снова лёг. И снова этот крик.
Кто же там, безвиден и безлик,
В час, когда мещанство мирно спит,
За окном неистово вопит?

Я открыл окно и заорал:
Ну-ка, неуёмный аморал,
Уж не знаю, мёртвый иль живой,
Прекратить сейчас же этот вой!
… показать весь текст …

Не хватает чего-то в воздухе.
Объяснил бы, да не мастак.
Речь идёт о ничтожном штрихе —
Вроде дышится, но не так.

В голове бестолково бродит
И бормочет без затихания:
Что за жизнь с эти вечным «вроде»,
Что за радость от как бы дыхания?

Ах, товарищ, не горячись
Ни к чему суета и волнение.
Ты ж ведь крякнешь, с тобой приключись
Кислородное опьянение.
… показать весь текст …

В принципе, понять идеологию постгуманистов несложно.
Все упования на существование таинственного социального прогресса похерились, и уже довольно давно. Всё то, что «завоёвано» за последние два столетия — вот тебе непродолжительный рабочий день, вот тебе труд «не бей лежачего» и небо в алмазах — не привело ни к каким существенным изменениям в природе человека. Ну, разве что к возникновению феномена воинствующей инфантильности.
Потому не мытьём, так катаньем — давайте же присобачим к объекту маленькую электронную коробочку, благодаря которой он станет во сто крат умнее.
Не знаю уж, как будет решена проблема «проклятых вопросов» человеческого бытия. Наверное, просто поставят блокиратор, и никаких вопросов.

Толкуют мне, что «горизонт завален»
На этом фото в рамке на стене.
Я удивлён: а разве вы не знали?
Давно завален, гляньте, разве не?

И подойдут к окну, и глянут робко,
Чтоб, утеряв спасительный резон,
Увидеть, как петляющая тропка
За скошенный уходит горизонт.

Но после как-то с духом соберутся,
Порозовев немного от стыда,
И с лёгким сердцем хором отоврутся:
Да нет же, всё нормально, господа.
… показать весь текст …

Вот в небе вечернем, не зная преград,
Летит человек из Читы в Ленинград.
В руках чемоданы, рюкзак за спиной,
Летит он попутной воздушной волной.

Устал он изрядно, и это заметно,
Ведь скорость — не более ста километров,
А лишь половину пути пролетел.
Похоже, полёт ему осточертел.

Ему приземлиться бы, перекурить,
С зеваками попросту поговорить,
Но местный диспетчер, зловредный и гадкий,
Ему не даёт долгожданной посадки,
… показать весь текст …