Рождение дзен-буддизма
Бодхидхарму ожидали. Император Китая By выехал навстречу приветствовать его. Он был взволнован. О необыкновенности Бодхидхармы было много слухов. Он был просветленным Мастером и император хотел радушно принять его в своей империи. Его придворные тоже были взволнованы. Как вести себя с ним? Им еще не приходилось встречаться с подобным человеком.
И вот, когда Бодхидхарма, идущий впереди своей свиты, приблизился, все увидели, что он шагает в одном ботинке, другой был на его голове.
Император и его свита были шокированы, но виду не подавали. Обмениваясь приветствиями, они. как загипнотизированные, смотрели на ботинок. А Бодхидхарма смеялся.
При людях было неудобно говорить об этом, поэтому, когда все разошлись и они остались одни, император спросил:
— Скажите мне, пожалуйста, почему Вы строите из себя шута? Или Вы делаете нас шутами? Почему Вы пришли в одном ботинке, а другой принесли на голове?
Бодхидхарма рассмеялся и сказал:
— Потому, что я не могу не смеяться над собой. Уж такой я человек, я не уделяю большого внимания голове. Ноги и голова для меня одинаковы, высшее и низшее исчезло для меня. Кроме того, я хотел бы сказать, что меня не волнует то, что думают обо мне люди. И я желаю, чтобы в первый же момент моего прибытия Вы знали, с каким человеком имеете дело.
Император помолчал некоторое время, видимо, обдумывая услышанное, потом сказал:
— Я совершил множество благочестивых дел: по всей стране я построил буддийские монастыри, тысячи монахов кормятся из моих запасов, миллионы китайцев превратились в буддистов. Скажи, заслужил ли я себе таким образом милость на том свете?
Бодхидхарма посмотрел императору в глаза и сказал:
— Ваше Величество, заслуги в этом нет.
Император был сильно шокирован, поскольку многие монахи и миссионеры говорили ему: «Это будет Вашей заслугой, Вы достигните седьмого неба, стройте больше, жертвуйте больше, обратите страну в буддизм». А теперь пришел этот Бодхидхарма и говорит, что заслуги в этом нет.
Но император By был очень культурным человеком. Он изменил тему и сказал:
— Тогда скажите мне что-нибудь о святой правде Будды.
И Бодхидхарма сказал:
— Ничего нельзя сказать по этому поводу, поскольку она безгранична, и помните: святое, несвятое —это понятия двойственного ума; в природе нет святого и несвятого. Природа просто есть!
Это было уже слишком! Император был очень обижен. Ведь Бодхидхарма отрицал даже святую правду Будды! Он на мгновенье забыл свою учтивость и громко воскликнул:
— Тогда кто же стоит передо мной? Бодхидхарма поклонился и сказал:
— Ваше Величество, я не знаю.
Не найдя в Китае достойных учеников, Бодхидхарма через некоторое время уединился в отдаленном монастыре. Этот монастырь стал центром паломничества многих искателей.
Бодхидхарму можно было увидеть, но не в лицо. Он сидел в зале, отвернувшись лицом к стене, объявив, что нe повернется до тех пор, пока не придет достойный ученик. В таком состоянии просидел он несколько лет.
Многие пытались претендовать на роль его ученика, но безрезультатно.
Наконец, появился один и объявил себя учеником. Бодхидхарма молчал. Ученик выхватил саблю и отрубил себе кисть руки. Поднялся переполох, а ученик объявил, что если Учитель не повернется к нему, он тут же покончит с собой. Бодхидхарма повернулся…
Через 9 лет пребывания в Китае Бодхидхарма решил вернуться в Индию. Он позвал своих четырех учеников и сказал:
— Выразите суть религии в одном высказывании, чтобы я мог судить о том, как вы поняли меня.
Первый ученик произнес; «Сострадание, я вижу суть религии в нем». Бодхидхарма сказал:
— Ты имеешь мои кости.
Второй ученик сказал: «Быть осознающим; именно в этом определении отражается основная суть». Бодхидхарма сказал:
— Ты имеешь мою плоть.
Третий сказал: «Суть религии нельзя выразить словами». Бодхидхарма сказал:
— Ты имеешь мозг моих костей.
Он повернулся к четвертому. В глазах ученика стояли слезы и он пал к ногам Учителя. Бодхидхарма поднял его, потряс и снова задал вопрос:
— В чем суть религии?
Ученик молчат и только слезы текли по его щекам, слезы радости и благодарности. И ни единого слова. Бодхидхарма обнял его и сказал:
— Ты имеешь меня! Теперь я уйду спокойно, зная, что после меня здесь останетесь вы.