В час тишины, когда эхо шагов затихает
Приходит миг — и сердце вдруг перестаёт бежать.
Не за тенями, не за огнями чужих пожаров,
Не в бездну, где крики зовут на подвиг напрасный.
Крылья, что рвались спасать, складываются в покой,
Как паруса в штиль, когда море само решает.
Тогда понимаешь: каждый путь — как нить в станке Вечности,
Не сам ткал, не сам выбирал цвет и узор страданий.
Судьба — не прихоть, не каприз ленивого духа,
А древний свиток, где каждое слово уже пропето
Звёздами до рождения первой искры в глазах.
Карма — не цепь, а танец, предписанный ветром.
Сбрасываешь мантию спасителя, тяжёлую, как свинец,
Регалии мудреца, корону «я знаю лучше».
Чувство собственной важности — пыль на зеркале мира,
Дунешь — и нет её, только чистый, беспощадный свет.
Кто ты, чтобы править рекой, что течёт к океану?
Кто ты, чтобы вырывать стрелы из ран,
что должны исцелить душу? Спасение утопающих — дело их собственных рук,
Их крика, их жажды, их последнего вдоха перед прорывом.
Тот, кому суждено выйти, найдёт тропу даже в ночи,
А тот, кому суждено утонуть в уроке, — утонет в красоте.
Благие намерения — тихий яд для чужого роста,
Нарушение священного права на собственный
ад и рай. И ты отступаешь.
Не с горечью, не с гордостью, не с холодом отречения —
С лёгкостью листа, что отпустил ветку и полетел.
Руки, полные помощи, раскрываются в пустоту
И становятся просто ладонями, ловящими солнце.
Теперь ты — свидетель.
Стоишь у края, где кончается «я» и начинается Всё.
Смотришь, как души ныряют в пучины своих выборов
И выныривают в новом сиянии или остаются глубже.
Видишь совершенство в сломанном, в крике, в тишине,
В крови на снегу и в смехе ребёнка под пулями.
Всё — танец.
Всё — песня одной бесконечной гортани Жизни.
Ты больше не дирижёр, не спасатель, не судья.
Ты — дыхание в дыхании, любовь без условий,
Мудрость, что улыбается даже самой чёрной ночи,
Зная: утро уже написано в её зрачках. Позволяешь.
Просто позволяешь.
Рекам — разливаться, огню — пожирать леса,
Сердцам — разбиваться, чтобы собраться в алмазы.
Даёшь Жизни ткать себя без твоих поправок,
Без «надо», «должно», «лучше было бы».
И в этой тишине рождается сила огромнее гор.
Не сила действия — сила присутствия.
Не сила слов — сила молчания, полного любви.
Ты стоишь, и в груди твоей — целый космос,
Где каждая боль — звезда, каждая слеза — океан,
Где каждое «почему» растворяется в «да».
О, этот миг!
Когда перестаёшь бежать за кем-либо
И начинаешь быть рядом со всеми.
Не вмешиваясь — обнимая взглядом.
Не исправляя — благословляя.
Не спасая — сияя. Тогда ты становишься тем,
кем всегда был под масками:
Чистым пространством, в котором танцует Мир.
Древним деревом, чьи корни пьют боль земли,
А крона поёт ветру: «Всё правильно.
Всё — Любовь». И в этом покое — мощь, что сдвигает звёзды.
В этом отпускании — крылья, которых не знал никто.
В этой скромности — величие, перед которым склоняются боги.
Ты — ничто.
И потому — всё. Пусть проходит.
Пусть каждый несёт свой крест, как царскую мантию.
Пусть падает и встаёт в назначенный час.
Ты просто здесь.
С глубинной, бездонной, тихой улыбкой
Того, кто увидел Лицо Жизни
И влюбился навсегда.
«Величие пустых ладоней-Милость невмешательства»
© Илья Колоянов 2 14
