Петля для пуговицы.
Жителям ЖМ, от друга "Для Тебя" , авторская песня.
(песня:1 куплет — Пуговица, 2 куплет — Девочка, 3 куплет — Плюшевый Мишка, 4 куплет — Вселенная)
Я оторвалась. Упала. Конец.
Белый потолок, холодный паркет.
Я — просто кружок, жёлто-зелёный глазок,
Что лежал и смотрел в серый потолок.
А потом — тепло. Маленькая ладонь.
Я в кулачке зажата, как семечко.
Она дышала на меня. Оттаяло имя.
«Медведю», — сказала она. И это стало смыслом.
Мир — это просто тепло в ладонях,
А судьба — нитка с иголкой тонкой.
Чтоб из метели, из белого плена,
Стать не потерей, а новым зрением.
Я нашла её. На тропинке. У фонаря.
Снег хрустел, как манка. Солнце — как сгущёнка.
Я подняла. Она блестела, как монетка.
У меня в кармане — Мишка. У него дыра.
Он смотрел одним стекляшкой, грустил впотьмах.
А я пришью ему глаз. Вот этой пуговкой.
Буду колоть, он потерпит. Я же мама.
И будет у нас с ним теперь свой, особый знак.
Мир — это просто тепло в ладонях,
А судьба — нитка с иголкой тонкой.
Чтоб из метели, из белого плена,
Стать не потерей, а новым зрением.
Я старый. У меня кривая штанина.
И плюш вытерся на щеке, где меня целовали.
Я видел мир одним глазом — он был плоским, как открытка.
А теперь… Я чувствую холодок у виска.
Она пришивает. Туго. Это больно, но это важно.
Теперь у меня два глаза: один — мой, стеклянный, детский.
А второй — он взрослый. Он видел метель, пальто, толпу.
Он знает, что такое падать. И что такое — быть найденным.
Я смотрю двумя глазами. И вижу впервые — глубину.
Столб. Фонарь. Аптека. Тротуар.
Снег идёт. И всегда идёт.
Одна пуговица падает. Одна рука поднимает.
Одна нитка связывает дырку на мишке с дыркой в пальто.
Всё просто. Всё на своих местах.
Метель — чтобы что-то затерялось.
Девочка — чтобы что-то нашлось.
Медведь — чтобы кто-то прозрел.
А пуговица… чтобы всё это скрепить.
Вот и вся история. Слышите? Всё тикает.
Карфаген должен быть разрушен!
Чтобы в тишине после взрыва можно было услышать,
Как игла проходит сквозь ткань: «тык-тык-тык»…
Это не конец. Это — стыковка.
Мир — это просто тепло в ладонях,
А судьба — нитка с иголкой тонкой.
Чтоб из метели, из белого плена,
Стать не потерей, а новым зрением.
Спи, Мишка. Новый глаз не простой.
Он видел мир. А теперь он будет видеть сны.
Спи.
Сергей Ротманс Горелов, 2026