Подборка самых интересных филологических терминов:
«Еще за пятнадцать минут до рождения я не знал, что появлюсь на белый свет». Звучит нелепо, не правда ли? Эта строчка из рассказа Аркадия Аверченко является хорошим примером ляпалиссиады — утверждения заведомо очевидных фактов, граничащего с абсурдностью.
Домик, прудик, человечек… В школе мы называем это «уменьшительно-ласкательной формой слова». Настоящие филологи используют суровый термин деминутив
«Подарок бесплатно!», «Вход строго запрещен!», «Поднимайтесь вверх!». Плеоназм поджидает нас тут и там, а особенно периссология — включение значения одного слова в состав другого.
«Подъезжая к сией станцыи и глядя на природу в окно, у меня слетела шляпа». Все мы помним эту фразу со школьных времен как пример синтаксически неправильного оборота речи, а покороче — солецизма (от названия города Солы, жители которого утратили чистоту аттического диалекта древнегреческого языка).
«Восемь сотен лет джедаев учил. Решать сам буду, кого в обучение брать». Помните речь магистра Йоды, мудрого героя саги Джорджа Лукаса «Звездные войны»? Он необычно переставлял слова в предложениях. Подобная фигура речи называется гипербатон (ударение на второй слог).
В одном черном-черном городе, на одной черной-черной улице, в одном черном-черном доме, на черном-черном потолке висит черный-черный гроб… Страшно? Не бойтесь, это всего лишь мезархия — повторение слова в начале или середине следующих друг за другом предложений.
«Он дамам к ручке не подходит; / Всё да, да нет, не скажет да-с / Иль нет-с — таков был общий глас». Соседи разлюбили Онегина за то, что он не употреблял словоерс, который в ту пору считался признаком галантности. Может ли красное быть черным, а белое цветным? Нет, но красные чернила и цветное белье есть почти в каждом доме. Катахреза — это соединение слов в переносном смысле вопреки несовместимости их значений. Она не считается ошибкой, если происхождение слова со временем забывается, как в примерах выше.
«Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, нежели богатому войти в Царство Божие». Скажем прямо, мы с трудом представляем себе верблюда в этой ситуации. Такое абсурдное и нереальное преувеличение называется адинатон. Кто-то метит в Наполеоны, а кто-то — в Шариковы. Главное, запомнить, что замена нарицательного имени собственным — это антономасия.
