На коне крашеном я скачу бешено — карусель вертится.
А вокруг музыка, и, вертясь звездами, фейерверк светится.
О, Пруды Чистые, звездопад елочный, Рождество в городе.
Наклонясь мордами без конца кружатся скакуны гордые.
О, мой конь огненный, в голубых яблоках,
с вороной гривою,
конь с седлом кожаным,
с мундштуком кованым, с гербовой гривною,
как мне вновь хочется обхватить шею ту
и нестись в дальнюю
жизнь мою быструю, жизнь мою чистую, даль мою давнюю!
Что прошло — кончилось, но еще теплится
одна мысль дерзкая:
может быть, где-нибудь все еще кружится карусель детская?
Да, в душе кружится, и, скрипя седлами, все летят кони те…
Но к какой пропасти, о, мои серые, вы меня гоните?
не представляешь, какая пытка, когда пожизненно на цепи, когда исчерпан лимит движений (когда движение - это жизнь!) хотя... в комедии положений бывают разные виражи, и, представляешь, какая штука?.. однажды утром, без десяти, всё, как обычно, ты дашь мне руку, вдохнёшь поглубже и мы взлетим в морозный воздух, почти хрустальный, где трубы солнца звенят, как медь...