Чужой! Ты все-таки чужой!
Да так давно, что я уже забыла,
Какое у тебя уютное плечо,
Глаза, которым верила, любила.
Какая жесткая, широкая ладонь
И нежная. Рука в ней утопала.
И как красив журчащий баритон-
Такой волнующий, что сердце трепетало.
Чужой! И в високосном том году
С глазами грустными, как у больной газели
Ты мне сказал: — Я больше не приду…
Ты сильная, поймешь, она — слабее.
Ты так сказал обыденно, легко,
Что не заплакать сил моих хватило.