Мед

Август течёт по запястьям гречишным мёдом,
Льётся по горлу, держится на губах…
Август мой светлый совсем из другой породы,
Запахом яблок запутался в волосах…

Так вот и ты. Ты впитал его без остатка:
Песни пшеницы, малину, грозу и дождь.
Всё, что ни скажешь, мне будет хмельно и сладко,
Всё, что ни сделаешь, бросит в немую дрожь,

Воздух пьянит разговорами до восхода,
Ветром горячим проносится по губам…
Август до сердца стекает гречишным мёдом,
Чтобы навечно с тобою остаться там.

Зло притягательно,
оно заметно,
и это каждый пусть поймёт:
лишь капля дёгтя будет в бочке,
никто не скажет, что там мёд!

Не тырит мёд
Лишь только тот,
Кого завида
Не грызёт!

Только цветок липы лучше всех ведает истинную ценность, аромат и вкус майского мёда.

Сначала мед,
но приходит лёд,
превращается в соль,
люболь.

В вечных наших кругах ада есть чужаяя ложка мёда и своя из дёгтя бочка яда.

Грубая ласка мёда для гортани — пряная сладость, вот вкус Армении. Вся страна — трудолюбивый улей.

В бочкее меда желаний, капля дегтя возможностей!

Я росла на седом меду, в лепестках из пчелиных снов.
У омшаника старый дуб, да и дедов был сруб не нов.
Просочится ли синева в разомлевшее сито лет…
Помню, мама несла дрова, а сорока плутала вслед.

И текло по запястьям швов утекающих в счастье бед —
«Угождал» простотою слов силе мёда занятно дед.
А с утра моросящий дол полудиких в саду ромах
Обходил, непривычно зол, на заметный бабулин взмах.

Там, где в изгородях зажат свежесхваченный вой ветров,
Нас, бессовестных салажат, покосившийся шик цветов
Настораживал в липких днях… Умиляла, желтея, гарь…
Это, солнцем дыша в углях, «заговаривал» пчёл дымарь.
… показать весь текст …

И мед и деготь целебны.
Ну почему у них такие сложные взаимоотношения…
Мед вскрывает нарыв.
Деготь залечивает рану.
Хотя казалось бы все должно быть наоборот…