Мир сменяет одежды: что цвело — превращается в прах,
И за чей-то тайной стоит высший расчёт в небесах.
Не наклонишви кувшина, не выпьешь прохладной воды,
И без капли стыда не родится смирение в глазах.

Без палящего зноя пустыни не ценится тень,
После зимы суровой весна вступает в свой день.
Груз былых пепелищ, что терзал твою душу тоской,
Растворится как дым, лишь наступит иная ступень.

Угасает и зной, и палящий полуденный свет,
В страдании каждом сокрыт исцеленья секрет.
Если б горькой песчинкой душа не терзалась впотьмах,
То и жемчуг бессмертья в тебе не оставил бы след.
… показать весь текст …

Есть такие нейронные цепочки в голове, что однажды создавшись накрепко зацепились и не хотят стираться даже тогда, когда уже не соответствуют действительности.
А когда на них снова и снова натыкаешься, становятся ещё толще.

На пороге Август. С корзинкой спелых, сочных яблок, с бочонком мёда, орехами и хлебом, разноцветными астрами, и конечно звездопадом, чтоб загадать тихонько что-то доброе.

Скоротечна земная жизнь — и не повторяется она, ибо один раз живет человек на земле. А потому — в этой земной жизни должен он трудиться в делах добродетели, если не хочет он погубить душу свою, ибо именно этих дел, добра, потребует от него Правда Божья на пороге Вечности.

До чего же галантен ветер с южных морей,
Прилетев, причесал все косматые тучи.
Захотелось печалям тоже стать веселей,
И решили они, что быть радостью лучше.
И обиды все тут же стали зваться «и пусть»,
А тревога, стихая, хвостик куцый поджала,
Дольше всех продержалась «щемящая грусть»,
Но цепляться за дождь и она перестала.
«И не зря же всё это»,- так подумала я…
Лето слишком мало, чтоб на глупости тратить,
Нам оно не жалеет золотого шитья,
Вот и надо украсить им летние платья.
А на шляпку пристроить ленту цвета небес,
Не забыть, что к ней в тон быть должны сандалеты…
… показать весь текст …

*****
«… Я у папы, кстати, этому научился: чушь сморозил — сияй. Дурак, но веселый. Простят. Ну, обычно прощают.»

Выхожу из поезда — и вот она, минута, вместившая в себя, кажется, целый город. Мальчишка, опаздывая, перепрыгивает через перила и тащит велосипед вверх по лестнице, перескакивая через ступеньки, а навстречу ему, в другую сторону, бежит девушка в длинном красном платье — тоже опаздывает, тоже путается в подоле, но всё же вбегает в поезд. Я выхожу из вокзала, и на меня идёт парень — большая чёрная борода, чёрная футболка, густая чёрная шевелюра, настоящий индус, только чалмы не хватает на голове. Перехожу дорогу — меня чуть не подрезает самокатчик. Спускаюсь дальше по улице — навстречу женщина, вся перегруженная какими-то своими проблемами, уставшая, в платке, тащит тяжёлую сумку, поднимается в гору. Рядом два парня стоят с велосипедами, разговаривают — опять не по-немецки. И всё это происходит в Германии, и среди всех этих лиц, промелькнувших за одну минуту, — ни одного немца. И моё увы не немецкое…

Всё шло на редкость хорошо. Но тут внезапно зазвонил будильник. Казалось бы — такая мелочь! Но целый мир рассыпался в момент.

Кофеиновое счастье в любимой кружке с удобным моим объёмом,
И ручкой. Ароматный напиток, пахнущий домом.
Кофе без сахара. Сладость вкусу мешает.
Ложка нужна. Она необычная и кружку с кофе просто так украшает.