баба матрЁшка

Имею право на смысл жизни,

На все некрашеные заборы.

Имею право вздыхать капризно

И лопать слёзы в житейских спорах.

Имею право на злость и глупость

И, чтоб хватило потом на роздых!

Имею право на чашку супа,
… показать весь текст …

А когда она ушла, Он курил.
Он остался в облаках, средь небес.
Он твердил, что никогда не любил,
Не любил ее. но с нею воскрес.

Он стоял посреди комнатных стен
И вдыхал дешевый, горький табак.
Он готов отдать был душу взамен
За нее. влюбленный, грустный чудак

А когда она ушла насовсем,
Каблучками по паркету стуча
Он готов отдать был душу взамен
Но душа его за нею ушла.

Она жила неподалеку,
И он ее не замечал…
Она любила каждый локон,
Темневший у его плеча.
А он уехал. Так бывает.
Она не плакала почти,
Но стала будто неживая,
Его безмолвно отпустив…
О нем немало говорили:
Что он пророк, что он смутьян,
Что обладает высшей силой,
Что чудеса его — обман,
Что он казнен в Ерусалиме,
Как негодяй-головорез…
… показать весь текст …

А ты улыбайся, девочка.
И в кофе корицы — с горсточкой.
Направили боги стрелочку
На верный, вестимо, путь.
Из города в город белочкой
Напрыгалась ты по горлышко.
Коньяк плескани-ка в джезвочку.
А лучше — прими на грудь.
Поставь веселей пластиночку —
«Жуков» для жуков в головушке.
Под желтую субмариночку
Мечты обретают вес.
На стену повесь картиночку —
В жилетке смешную совушку.
… показать весь текст …

Возьми стакан, швырни его об стену,
Теперь проси прощения навзрыд.
Ну что, свершилось? Стал обратно
целым?
Вот так людей ломает от обид.

«Знаешь, дружок, она всё-таки вертится!
Лучше костёр, чем блужданье впотьмах».
Пусть говорят что, мол, слюбится, стерпится —
Это не так. Наступает зима.
Вышла во двор в незастёгнутой курточке
Холод насквозь пробирает, как боль.
Кто там и что обещал тебе, дурочке?
Кто написал эту глупую роль?
Шаг, там второй, сигаретка чуть теплится
Мутно мерцает в ночи огонёк…
Кто сочинил это глупое «стерпится»?
Кто тебя в пламя загнал, мотылёк?
Кем-то прописан залог твой страдательный,
Только ошибка заложена в стих.
… показать весь текст …

Семнадцать лет.
Кругом черным-черно
Вовне, во сне, внутри твоей башки,
Там, между первым и последним дном
Говно:
Тоска, депрессия, стишки…

Двадцать один.
Лапша б/п, окурки,
Нестиранные шмотки по углам.
А девушкам так нравятся придурки —
Забавные и злые пополам.
Они приходят в понедельник утром
И остаются где-то до среды.
… показать весь текст …

Из людей можно вырасти, словно из старой одежды,
Разбежались дорожки и кажется будто не знались.
Можно выводы вывести — не оправдали надежды,
И глаза отводить, на дороге случайно встречаясь.
Из людей можно выпасть, как из разогнавшейся конки.
Не догнать, не поймать, не успеть — пусть бегут, торопыги.
Или просто пройти до конца, до обрыва на пленке.
Прочитать целиком. От заглавья до корки — как книги.
Обогнать, перегнать, оказаться внезапно чужими,
Удалить, протереть, как мы чистили доску от мела.
Но бывают такие — как жилами связаны с ними,
Неотъемлемо, вечно, вдали иль вблизи — части тела.

бог вовсе не облако мудрого дыма,
что мягко светится в древней тьме;
не серп, срезающий гениев молодыми,
а нацистских преступников старыми
и в уме;
не хмурый хирург с умелыми пальцами,
прижимающий блудных детей к груди;
бог — это то, что однажды случается
между людьми.

Пыльный город распят дождём,
Пёстрой лентой на карту брошен…
Плакать каждому, кто рождён.
Думай, девочка, о хорошем
Пей шампанское, смейся, пой,
Носик выше, спина прямее.
Слышишь, славная, я с тобой,
Я держу тебя, как умею.
Будут праздники и цветы
[Проглотить бы пуд соли с перцем].
Я такая же, как и ты —
Ежедневно латаю сердце.
Будут радости [пусть пока
Нас пинают, как мяч футбольный]…
… показать весь текст …