Мне потребовалась целая жизнь, чтобы понять, что вовсе не нужно понимать
всё на свете.

-Мам, можно я из сансары выйду?
-Нет, стой там, ты ещё карму не отработал.

НАШЕ по «ИХНЕМУ» лыка не вяжет!
«ИХНЕЕ» в «НАШЕМ» воще ни бу-бу!
«НАШЕ» грозит, что ещё всем покажет,
«ИХНЕЕ» видело «НАШЕ» в гробу.
«ИХНЕЕ» низко над «НАШИМ» летает.
«НАШЕ» не дремлет и бьёт его в лёт.
Правда не часто по ём попадает,
Ну да и фиг с ним, само упадёт!

Рядовой:
— Товарищ прапорщик, вот вы говорите «логично», а что это значит?
Старшина:
— Ну, к примеру, видишь — пол коричневый, а стена зелёная, вот и мы так же: рождаемся и умираем.

просыпаюсь в каком-то теле,
то есть в чьем-то.
твою же мать!

вот лежу под простынкой белой,
не могу кулаки разжать.
ни кричать не могу, ни плакать,
и вообще только внутрь звучу…
что-то звякает.
что-то.
скальпель?!
на пределе взбешенных чувств
я воплю:
кто-нибудь! услышьте…
… показать весь текст …

Я у тебя одна-а,
Словно в ночи война-а,
Как среди дня луна-а,
Как на лыжне сосна-а.
Нету другой тако-о-ой…
Так вот тебе везет.

Моя печаль, откуда ты? — из ниоткуда,
Из пары нот, из полутьмы, из амплитуды
Качелей-мыслей от мечты до сожаления,
И, как ни странно, даже из столпотворения.
Моя печаль — пастельный цвет, моя отрада,
Мое пристанище на час, где мне не надо
Ни утешения, ни слез, ни оправдания,
Мой тихий дом посередине мироздания.

Мы… все живём по нужде, а не по Евангелию.

В классики играют так: носком ботинка подбивают камешек. Что для этого надо: ровную поверхность, камешек, ботинок и ещё — красиво начерченные классики, начерченные мелками, лучше разноцветными. В верхней клеточке — Небо, в нижней — Земля, и очень трудно с камешком добраться до Неба, обычно где-нибудь да просчитаешься — и камешек выскочит за клетку. Постепенно, однако, необходимые навыки приобретаются, научаешься прыгать по всяким клеткам, и в один прекрасный день оказывается, что ты можешь оторваться от Земли и проскакать со своими камешком до самого Неба, взойти на Небо, плохо только, что как раз в этот момент, когда почти никто вокруг не умеет добираться до Неба, а ты научился, в этот самый момент кончается детство и ты зарываешься в книги, ударяешься в тоску по бог знает чему, теряешься в созерцании другого Неба, к которому ещё надо научиться идти. А поскольку с детством ты уже распрощался, то забываешь: чтобы добраться до Неба, нужны всего лишь камешек и носок ботинка.