Ветер подушками пальцев читает меня по Брайлю
И азбукой Морзе передаёт в подворотню.
Вот и весна, дружок, которую нам набрали
крупным газетным шрифтом выжившие вороны.
Ветер играет на мне — полом, как стебель бамбука,
и, отвечая ему, я, инструмент старинный,
знаю, что ничего нет во мне, кроме звука.
Даже если зима меня укроет периной,
я всё равно сыграю, но только тише, глуше,
тише, чем «тc-c», чем кот входит туда, где мыши,
тише, чем бродит сок ветками старой груши,
тише, чем снег идёт, тише, намного тише,
