Чтобы жить — необходимо выжить, а чтобы выжить — нужно жить.

Люби меня такой, какая есть:
Распущенною, ветреной и скромной,
Обиженной, волнительною, томной.
Люби меня сейчас. Сегодня. Здесь.

Люби меня цветущей, лучезарной,
Забавной, дерзкой, милой, заводной,
Нелепой, нежной, страстной, неземной,
Изящною, пьянящею, коварной.

Люби меня азартной и ранимой,
Созвучной, ослепительной, простой,
Блистательною, грешною, святой,
Задиристою, злою и терпимой.
… показать весь текст …

Любил ли тебя, кто-нибудь, как Я
До бабочек в душе. Озноба кожи.
Шепча, что в мире нет тебя дороже.
Что ты — вся Жизнь и смысл бытия?

Любил ли тебя, кто-нибудь, как Я,
Чтоб в омут с головой и безвозвратно.
Чтоб повторять, немея, многократно:
Ты — Бог, палач, защита и судья?

Любил ли тебя, кто-нибудь, как Я,
Чтоб смерть и Жизнь сливались воедино,
А сердце застывало сотней льдинок
И возвращалось вновь из забытья?
… показать весь текст …

Он был мертвецки бледен и выглядел, как человек на пороге смерти. Казалось, вот-вот и он скончается в страшных муках.
Боль была адская, но я, как любящая жена, в эти минуты была рядом и держала «умирающего» за руку.
В ход шли все подручные средства от таблетки анальгина и полоскании ротовой полости водой с солью и йодом до применения водки. Водка помогала больше всего, так как муж часто тыкал в нее рукой, а затем показывал на больной зуб.
Зуб начал болеть две недели назад, но на мой призыв сходи…
… показать весь текст …

Устала быть сильной, хочу быть счастливой.
Не плакать чтоб ночью осенней дождливой.
Холодной тоской не терзать свою душу
И выплыть из моря печали на сушу.
Чтоб доброе утро день добрый встречало,
И чтоб поцелуями ночь начиналась.
И сладкие сны на двоих нам приснились,
Все горести мира мгновенно забылись.
И чтобы бессонница — лишь от любви,
И чтоб жарче солнца — ладони твои!
Скажи мне, не слишком ли много хочу?
Зажгу я в ночи одинокой свечу.
А в небе полночном сияют огни…
Но тайны свои не раскроют они,
… показать весь текст …

Август. Месяц звездопадов, яблок и мёда. Мой любимый месяц, даже любимее апреля.

День потихоньку идёт на убыль. Багряные закаты пылают долго, даже когда от солнца остаётся лишь ломтик.

Ночами выпадает холодная роса. В садах расцветают гладиолусы и астры. Чай становится горячее, рукава кофт — длиннее.

Школьники запасаются тетрядями в клетку и линейку. Пробуют написать хоть строчкy, но забыли, как держать ручку — и буквы отчаянно пляшут.

Август — это время печь картошку на костре и обмакивать яблоки в горячую карамель. Время ходить в походы и собирать грибы. Время лакомиться арбузами и потрошить подсолнухи.

Тридцать один повод для маленьких радостей.

Любовь — это когда лишний раз до тебя хотят дотронуться. Придвигаются поближе за столом, кладут свою ладонь на твою, зовут к себе, чтобы приобнять, заводят непослушную прядь тебе за ушко. Когда вдыхают аромат твоих волос с наслаждением, целуют просто так в щёчку, проходя мимо, держат за руку, переходя дорогу с тобой и просто гуляя по улице, притягивают к себе, чтобы сфотографироваться вместе. Любовь — это когда тебя хотят. Трогать, ощущать, слушать. Это невозможно изобразить, сыграть, если этого нет. Поэтому Станиславский тысячу раз прав, ответив на вопрос, что такое любовь: «Хотеть касаться».

Супругам нужен большой запас снисходительности, чтобы выдерживать друг друга на людях. Каждый подмечает в другом деланность и притворство, усматривает в историях, которые рассказывает другой, в чувствах, которые тот выражает, желание нравиться, боязнь кого-то задеть. Родное, близкое тебе существо вдруг оказывается непохожим на себя. Нетерпеливая страсть от этой перемены раздражается и требует объяснений. Истинная любовь такое несовпадение образов тоже, разумеется, видит, но все понимает, снисходительно улыбается и любит еще больше.

…Сев на «специальную» диету, заметила, что одежда худеет быстрее меня, вот тогда я и поняла почему диета называется — «специальной»…
(ЮрийВУ)

Старею… Боже мой, старею! Уже не тянет на мужчин: то в каждом вижу я злодея, то каждый мнится мне — кретин. Старею… С каждым днём труднее свой реставрировать портрет. И тот час зеркальце немеет, лишь я к нему: «Скажи, мой свет.?» Не поднимают настроенье ни побрякушки, ни тряпьё. Плыву бесславно по теченью — авось куда-нибудь прибьёт… Болит спина и ноют ноги, ломает, дёргает, хрустит… Пора бы подвести итоги, да что-то совесть крепко спит. Маячит пенсия смешная последний мой ориентир. И жизни линия сплошная походит больше на пунктир. Ну что ж, старею, так старею — всему на свете свой черёд. Пойду, пройдусь-ка по аллее, а то ведь жуткий гололёд.