Юрий Татаркин

На наш век граблей хватит. А потомки пусть наступают, на что хотят.

Не всякая тишина — золота. Особенно тишина, возникшая во время неловкой паузы, которая возникла после того, как ты высказал глупость невероятного размера.

С особенной опаской я отношусь к собственным размышлениям. Ничем хорошим обычно подобное занятие не кончается. Или работу себе необязательную придумаешь, или начинаешь выпивать. Поэтому предпочитаю действовать интуитивно и спонтанно.

У меня возник вопрос: если всё будет хорошо к тому времени, когда меня уже не будет, может ли это считаться полноценным хорошим?

У меня стойкая антипатия к лжецам. Ненавижу конкуренцию.

Двухсторонняя обида — это когда ты обижаешься на обидчика и на себя, который позволил себя обидеть.

Битый час болтали ни о чём. Побитый час тихонько хныкал в углу.

В целом к людям я отношусь с большой теплотой. И чем дальше от меня находятся люди, тем теплее моё к ним отношение. Вплоть до жаркого.

Если добро побеждает не тех, то на надгробьях так и указывается: «Погиб по ошибке».

К сожалению, временные трудности не маркированы. Поэтому чёрная полоса может оказаться плоской. А может быть размером с футбольное поле.