Мы напились молчанием из горлышка…
Как больно режет губы едкой горечью!
Я так боюсь услышать снова «Солнышко»
И чувствовать себя последней сволочью…
Не отвечать дыханьем на дыхание,
Что в телефонной трубке эхом слышится,
Твердить себе: «Дала обет молчания —
Держи. Тебе и так почти не дышится…
Неизлечимо? Это просто кажется.
Гадай теперь — нелепо, глупо, смело ли»…
Я так боюсь, что ненароком скажется:
«Родной мой, что же мы с тобой наделали?!
Ведь мне как прежде верится и любится»…
Но голос будет тихим и растерянным,