Если любишь, — люби, сильно-сильно и сладко,
Свои чувства храни, на слова не скупись.
Ведь любовь — это тайна сердец и загадка,
Это счастье, что нам обеспечила жизнь.

Это верность, где нет ни измен, ни обмана,
Это руки в руках и объятья в ночи.
Это свет для двоих… это штиль океана,
Где друг другу не верить, нет просто причин.

И, пусть все говорят, что она не такая.
Ну, а он, для тебя не достоин… не верь…
Человек так порою живёт рассуждая,
Если смотрит на счастье чужое, как зверь.

С разбегу я врезался сердцем в горящую осень
И осень меня обняла золотым покрывалом
А жизнь моросила тоской с ароматами сосен
Лишь пепел в груди… Только осени этого мало.

И сердце сгорело, не выдержав сильного жара
Я принял на мертвую душу осеннюю слякоть
И не было сил затушить отголоски пожара —
Мне плакать хотелось, так горько безудержно плакать

А кровь разбежалась, взрывая в запястьях вены
И соль на губах обернулась прохладой железа
Но тут же сменилась седой безграничной вселенной
А осень стекала из мелких глубоких порезов

Нет, эти слезы не мои —
Жалеть не смей.
Когда я плачу о любви,
Люблю еще сильней.
В ознобе розы на столе,
Вино в холодном хрустале.
Когда я плачу о любви —
Люблю сильней.

Нет, нет, не зажигай огня.
Целуй сильней.
Раз меньше любишь ты меня,
Сильней тогда жалей.
Мы расстаемся при свечах,
… показать весь текст …

Когда родители входят в старость, понимаешь, что все их недостатки в характере, которые тебя раньше бесили, теперь не имеют значения. Срок жизни подходит к концу, и более ничего не важно — кроме как любить их такими как есть… пока они есть.

Грудь разрывается на куски.
Так и бывает.

Душа задыхается от тоски
И погибает.

Сердце у горла застряло комком.
Не отдышаться.

Кажется все завязалось узлом.
Не развязаться.

Кто-то кричит: «Отвечай, не молчи».
Не помогает.
… показать весь текст …

Любой из нас хотя бы раз морально умирал.
Любой из нас в любви тонул, да так, что не спасти.
Любой из нас с ума сходил и, может быть, не спал.
И к человеку привязался так, что не уйти.

Любой из нас хотел кричать, но молча, тосковал.
Любой из нас был одинок, пытаясь не упасть.
Любой из нас не мог дышать и, правда, не дышал.
Любой из нас давно мечтал любимым кем-то стать.

Любой из нас хотя бы раз звонка чужого ждал.
Любой из нас хотел услышать просто: «извини».

Любой из нас хотя бы раз морально умирал.
… показать весь текст …

Лев Николаевич Толстой: Когда тебя предали — это все равно, что руки сломали… Простить можно, но вот обнять уже НИКОГДА не получится…

Джахангир Абдуллаев: Когда тебя предали — это все равно, что почву из-под твоих ног выбили, а то и душу из тебя вырвали… Теоретически, простить можно, но уже нечем. Если же предательство сродни тому, что тебе сломали руки, то руки рано или поздно заживут, но не душа, ибо она гораздо хрупче рук и всего остального.

Ну, вот и все… Прости, что я была.
Коснулась сердца, или так хотела…
Пыталась — да… А если не сумела,
Прости за недостаточность тепла.

За ночи, проведенные без сна…
В мечтах о том, что с нами будет дальше.
За то, что не угадывала фальши…
И верила… как берегу волна…

За счастье, захлестнувшее на миг…
За нежность, колдовавшую безбожно,
За то, что я забыла осторожность,
И шла к заветной цели напрямик.
… показать весь текст …

Я знала людей неприглядных с лица
И знала прекрасных — пустых внутри.
У одних душа, что не видно дна,
У других — «проплывёшь» за минуты три.

Я знала людей очень чёрствых и злых.
И знала сияющих добротой.
Но сердца огромные у одних,
А другие, сквозь зубы, кривят душой.

Я видела падших и даже святых,
И тех, кто прошёл настоящий ад.
Возвышенных видела и простых.
Тихих и громких (как тот набат).
… показать весь текст …

«Странное время — ты,
Был, как вчера, и нет.
Вянут в траве цветы —
Лета могильный цвет.
Нечего мне сказать,
Да и к чему слова.
Я перестала ждать,
Видно я смерть сама.
Видно живу умом
И не смотрю назад.
В этом раю земном
Мёртвые победят…
Дальше, не убежать,
Сердцем — я в их числе,
… показать весь текст …