494949

Дорогая, я назвал нашего ребенка Лексус. — Ты долбаеб? — Зато у нас теперь в семье есть Лексус. — И долбаеб.

Осколком битого стекла пивной бутылки

В груди застыло сердце, бывшее когда-то пылким

Летели мотыльки на огонь — не знали что хотели

Мои крылья в пепел, твои лишь обгорели

Себя сжигая изнутри кормили пламя

Летели мотыльки на огонь, не зная что искали…

Осколком битого стекла пивной бутылки
В груди застыло сердце, бывшее когда-то пылким
Летели мотыльки на огоньки — не знали что хотели
Мои крылья в пепел, твои лишь обгорели
Себя сжигая изнутри кормили пламя
Летели мотыльки на огонь, не зная что искали…

Я давно хотела Тебе это сказать…
…Когда сердце переполняла беспричинная нежность, мне так хотелось подойти к тебе, прижаться крепко-крепко и сказать наконец эти глупые, банальные слова. Когда было настолько одиноко и больно, что я была готова выплакать сердце, лишь бы перестало биться, разгоняя яд одиночества по венам, мне нужно было лишь подойти к тебе, поговорить и почувствовать, как душа наполняется радостью и беспричинным счастьем… Когда я была не права, но все равно спорила, а ты злилась и хлопала дверью — меня так и тянуло просто обнять тебя, но что-то держало, так же как и сейчас держит…
…Я люблю тебя, мама…