Марийская бабушка

Чудный образчик абсолютного ничто! Почему же вы расстались с этим замыслом? Не потому ли, что этот эпизод удлинил бы картину?

Дело было не в продолжительности фильма. Беда в том, что он не укладывался в сюжет. Сцена может быть сколь угодно невероятной сама по себе, но она должна вписываться в контекст!

Дело в том, что абсурд-мое кредо!!! Я мечтал снять длинный трэвеллинг с диалогом Кэри Гранта с одним из заводских рабочих, когда они идут вдоль конвейера. Они могут беседовать, скажем, о мастерах. Рядом с ними идет сборка автомобилей, деталь за деталью. Наконец, «форд», рожденный на глазах наших героев и наших зрителей, готов сойти с линии. Они смотрят на него и не могут сдержать восхищенного удивления, открывают дверцу и оттуда вываливается труп. Блестящая идея! Откуда же взялось тело? Конечно, не из машины, ведь они и мы с вами видели, как она собиралась буквально с первого болта! Труп падает ниоткуда! Понимаете?! И это может быть труп того самого мастера, о котором они рассуждали.

Человек в силу своего разума, наделенного природой, не имеет права засорять своим внешним видом окружающую среду.

Я всегда мечтал быть полезным и готов делать что угодно: любую рубашку, брюки, простые вещи для широкой публики, трусы, майки-с удовольствием бы этим занимался, но в этом просто нет смысла. Уровень, который я требую при пошиве, никто не может выдержать. Говорят, это народу не нужно, но эти критерии создали люди безграмотные, и в моде не понимающие ничего.

Мода-для дураков, а для умных-стиль, а вкус молчалив.

Гармония-это содержание и форма в соответствии с эстетическими и моральными критериями времени и общества, в которых мы живем, а это крайне важно: люди отошли от природы. Бог создал природу по своему разумению, а человека-по своему образу и подобию. Значит, он должен быть прекрасен, а человек все никак этого не поймет, поэтому мне трудно воспринимать реальность. Вот я и живу в одиночестве, в лесу, среди природы. Наслаждаюсь красотой окружающего мира. Уже устал снимать одни и те же деревья каждый день, потому что они каждый день разные.

Я когда родился, у нас в доме висел портрет Молотова, да еще и отец у меня Михаил, и меня назвали Вячеславом. Вячеслав Михайлович, а когда я узнал, что Молотов был такой лиходей, так некрасиво повел себя с женой, я подумал: «О, Боже мой, я не хочу быть Вячеславом Михайловичем!» Поэтому все меня называют Слава или Слава Зайцев.

Я помню, как пришел к нему учиться в Дом моды на Проспекте мира. Это было просто незабываемо, каждая встреча и все годы, проведенные рядом с ним. Была совместная работа, я посещал его мастер-классы, фотосессии. Я мог наблюдать как он творил искусство и историю, это дорогого стоит. Я помню, как он приглашал меня в командировки, и на встречи. Это всегда было познавательно, масштабно, красиво, поучительно. Это было так давно. Он помогал многим, особенно молодым и начинающим дизайнерам. Был очень открытым. И большим профессионалом своего дела.

У меня только один раз в жизни был выбор в 1978 году, когда я понял свою полную бесполезность и ушёл из дома моделей на Кузнецком мосту, вообще из моды, потому что я делал коллекции, интересные, замечательные, но люди ничего этого не видели. Всё время конфликт был. Я не мог понять, почему люди не могут носить то, что мы делаем, а вместо этого такая унылая серая одежда вокруг. Сейчас уже могу объяснить. Просто не было необходимости людям дарить радость и индивидуальность. Пусть все будут серыми, никто не выделяется. Я вот выделился в 1965-м меня пригласили, и я сделал коллекцию для Америки-ушла замечательно, а после мне предложили создавать для них коллекцию идей, а они бы отшивали. Западные журналисты тогда статью написали: «Слава Зайцев-это красный Диор».

Мы как были в полном одиночестве, так и остались. Раньше была хотя бы заинтересованность в том, чтобы Дом моделей проводил показы по линии СЭВ, было ощущение, что можно работать с промышленностью. Сейчас вообще катастрофа. Рынок весь заполнен фирменными шмотками и не осталось места для русских художников. Потенциал огромный, но нет производства, нет поддержки. Я бы с удовольствием взял заказ-ко мне масса фирм приходит, но я могу пошить им только образцы, потому что фабрики нет такой, в которой я был бы уверен, что она сделает хорошо. Сколько контрактов ушло-корейцы, китайцы, японцы хотели воспользоваться моим именем, моими идеями, но они ушли. У нас нет культуры производства. Нет стабильности, нет устойчивости.

В 1960 годы я думал, что мода 2000-х окажется поразительной, что люди получат так много информации, будет такой огромный театр на улице, а вышло-опять помойка: джинсы, кроссовки стоптанные, вообще гавно полное. Одинаковые мужчины, женщины-рваные, стертые. Ощущение, как будто они давно не мылись. Кажется, что люди уже привыкли, устали от красоты, ведь мода ведь очень часто меняется и пошли по линии упрощенности. Считают, что одежда не важна, а важно состояние души. Происходит эволюция в обратную сторону. Я от этого очень страдаю, потому что я человек, созданный для гармонии.

Классные детали первого акта начинают шедевр Хичкока «Окно во двор». Мы видим сонный двор и сразу после этого потное лицо героя.

Его нога в гипсе, рядом разбитый фотоаппарат на столе и фотографии автогонок и автокатастроф на стене. Сразу все понятно: герой-крутой фотожурналист, любитель лезть в пекло, на репортаже сломал ногу. При этом не сказано ни одного слова.

Главный кризис, который в итоге встает перед героем, толкает его к «точке без возврата». Максимум эмоционального напряжения в обязательной сцене возникает из:
1. максимального саспенса;
2. самого высокого барьера перед героем;
3. четко обозначенной «точки без возврата» перед самой глубокой брешью;
4. максимальных драматических перипетий.
Проверьте вашу обязательную сцену по этим пунктам. Как правило, всегда найдется возможность немного ее доработать.

Наращивание усложнений:
1. Углубление драматизма ситуации, в которую попадает герой. Барьеры становятся все выше. Характер подвергается все большему давлению.
2. Второй путь возрастания усложнений-это путь расширения конфликта. Вокруг действий главных персонажей вырастают круги социального окружения, они включаются в конфликт.

1. Экспозиция. Сумма знании позволяет не медля начать рассказ и установить обычный баланс сил.
2. Вспышка интереса. Все вдруг перевернулось. Одно-единственное действие интригует нас. Что теперь будет?
3. Прогрессия усложнении. С каждым шагом герой все больше драматизирует свою ситуацию. Каждый шаг ведет к катастрофе. Кризис ставит героя перед выбором: победить или умереть в борьбе? сражаться или сдаться? быть или не быть?
4. Обязательная сцена. Давид сразился с Голиафом. Герой сразился со своим драконом.
5. Кульминация и финал. Он победил, но не так. как мы думали. Он проиграл, но наши сердца отданы ему. Мы восхищены героем, но отказ от действия-это тоже действие.

Выстраивайте барьеры по нарастающей-это затягивает зрителей в историю. Барьер-это то, что характер должен преодолевать, добиваясь цели. Барьеры неотделимы от брешей. Но брешь показывает нам препятствия на пути героя, а барьер дает герою шанс действиями завоевать любовь зрителей. Барьеры устанавливают самые привлекательные черты характера: мужество, отвагу, готовность рискуя идти до конца. Если герой в истории преодолевает все более и более высокие барьеры-это втягивает нас в историю. Героя делают барьеры.

Брешь заставляет делать этический выбор, она открывает характеры. Преодоление бреши укрепляет веру в победу героя. Все истории, которые увлекают нас на экране, развиваются от одной драматической ситуации к другой. Как только герой выпутывается из одной, он сразу попадает в следующую, еще более напряженную. И так все полтора часа. Информацию мы стремимся минимализировать. Чем меньше зритель знает, тем сильнее он хочет узнать новое. И значит, с тем большим напряжением он следит за развитием событий, а действиями противник задает герою вопросы. Герой действиями дает ответы.

Драматическую ситуацию определяют три фактора:
1. Человек находится в безвыходном положении.
2. Угроза развития этой ситуации заставляет его искать выход.
3. Он ищет выход и вступает в борьбу с антагонистом-с тем, кто ему угрожает.
Стратегия эмоционального контакта фильма и зрителей. Она состоит из 5 элементов:
1. Экспозиция и вспышка интереса (побуждающее происшествие).
2. Прогрессия усложнений.
3. Обязательная сцена.
4. Кризис.
5. Кульминация и финал.
Саспенс возникает, когда опасность угрожает персонажу, которому аудитория сопереживает. Первое правило: в конфликте борются ясные, четко выраженные силы. Цепь драматических перипетии от одной неожиданности к другой-это лучший путь, которым может пойти увлекательный рассказ.