Умирала мама долго, тяжело и некрасиво… Вот только глаза… Чем ближе становилось неизбежное, тем чернее они были. В самый канун… были они бархатисто-непрозрачными, невыразимо умными и всевидящими… Или это просто кожа на лице белела всё более и более?..
Как-то в самом конце лета я привёз её с дачи и, потому что было уже поздно, остался у неё ночевать. Среди ночи, по дороге в туалет, она упала и сломала, как выяснилось уже потом, шейку бедра. Для стариков это, практически, приговор.
Дальше всё бы…
… показать весь текст …

Долгую жизнь не считают в минутах.
Считают лишь по развязанным путам.
Иной за год жизнь свою проживет,
Да счастье навечно тогда обретет.
Другой будет вечность искать, что в корысти…
Ведь к счастью пути всё же очень тернисты!

Долгую жизнь не считают в дорогах.
Можно на месте творить лишь добро.
Иной, путешествуя по миру так много,
С собой негатив таскает ведром.
А третий завидует всем, кто в округе:
Считая врагов, не нуждается в друге.
… показать весь текст …

Будете жить лениво и вразвалку — превратитесь в мусорную свалку.

Если не можете уверенно сказать, то лучше убедительно промолчать.

На себе так не отдохнёшь, как на ком-то можно оторваться.

Она смотрела в глубину ночного неба, и ждала посланника молчания. С таким усердием, что пора бы ему и явиться. Она любила читать иероглифы звёзд.

…но если долго смотреть в бездонность неба, то можно там потерять себя. Одиночество, как невесомость. Паришь свободно. Слишком. Нет влияния извне. Нет притяжения, нет и отталкивания. Нет и выбора, делать можно, что хочешь. Душа моя давно звучит одной протяжной нотой, нет ни отзвука, ни преград. Нет радости от такой свободы. Лучше чаще спускаться вниз…
… показать весь текст …

Громко смеюсь, до колик,
Смех усмиряет гнев,
Надо же, жалкий кролик,
А гонора, словно — лев.

Кого сам облагораживаешь, в того и влюбляешься.

Уборщицу — пьянчyжкy Оленьку, в магазине жалели. Все продавщицы знали, что на работу к восьми утра она приходила опухшая, но трезвая. Мыла пол, протирала двери, забирала из холодильника просрочку, отложенную ей «девочками» и уходила на рынок покупать очередной «шурфик».

Только я, старая заведующая, помнила, что когда-то уборщица была не просто Оленькой, а Ольгой Дмитриевной и моим замом. После гибели мужа и дочки в автомобильной аварии, Ольга из цветущей 35-летней женщины превратилась в серую…
… показать весь текст …

Дорогой Дедушка Мороз! Пишу тебе уже третье письмо, потому что два предыдущих мама нашла и порвала… Говорит, чтобы работу искал.
Ванечка, 42 годика.