Наташа Воронцова

пусть страх донимает, как ноющий слабый зуб,
я прыгаю в пропасть — ты ловишь меня внизу,
и рваные судьбы срастаются новой фреской,
шипы обращаются в шелк:
мы вместе, сокровище дней моих, вместе.
отныне
все хорошо.

Я на море хочу, но работа, дела, Север в душу вцепился и держит, а мне снится тот дом, рядом вишня цвела, этот сон и отрада и стержень, собираю в кармашки по горстке тепло, я приеду, дождись меня, море, я здесь сникну, бесспорно, но мне повезло, есть друзья, и напишут мне вскоре «приезжай, заждались, сколько можно тянуть, море ласково примет в объятья» и забросив дела, соберусь в дальний путь, захватив с собой летние платья.

Я немного, Господи, прошу —
Солнца, моря, повода для смеха,
Может быть унынием грешу,
Но без солнца на душе прореха.
Выглянет светило — хорошо,
Наслаждаюсь мигом дерзновенно,
Нужно ли мне что-нибудь ещё?
Тьмы поменьше, если откровенно.

Не сказать, что по Вам соскучилась,
Если только немного, чуть-чуть,
Но хотелось бы мне при случае
Пересечь ненароком Вам путь,
Чтобы Вы разглядели, какой я
Стала нынче, меня не узнать,
И лишились на веки покоя,
Всё при мне — миловидность и стать.
Нет той девочки, трепетной лани,
Вам так нравилась роль божества,
Надо мной потешались часами,
Рассыпая игриво слова
О влечении, очень жестоко,
Дорогой мой, шутить не любя,
… показать весь текст …

Просыпаешься, улыбаешься и так бережно прикасаешься, словно к стёклышку очень ломкому, и поёт во мне счастье звонкое.

У меня в душе светит солнышко, растворюсь в любви вся до донышка, обнимай сильней, жар смятения… есть ли что важней душ свечения?

За окном снега не весенние, мне тепло с тобой, ты — спасение от ветров и вьюг, от вчерашних бед, и надёжней рук в этом мире нет.

Апрель — шутник — снежит, кружит, летает
И сыплет снег на изумлённый сад.
Снег падает с небес и тут же тает.
Не чудо ли — апрельский снегопад?

Всё замерло вокруг, притихли птицы.
Ни ветерка, ни дуновенья нет.
И только белый, нежный пух кружится,
И окна зажигают жёлтый свет.

А на моем лице светла улыбка,
И свет в глазах, и на душе светло.
Ах, счастье, как ты мимолётно, зыбко…
Апрельский снег … И сердце расцвело.
… показать весь текст …

… А потом ты касаешься струн души,
И во мне прорастает чужой мотив,
Замираю от страха /очнись, дыши!/
Ты спокоен, настойчив и терпелив.
Приближаешься медленно, по шажку,
И не рушишь с наскока моих границ,
Но ты ближе и ближе уже к флажку,
За которым спасенье — паденье ниц.
Я могу возвести ещё сотни стен,
Одурачить тебя и наслать дурман.
На подкорке — мне сладостен этот плен,
Я снимаю доспехи, любовь — капкан.

называй меня октябрём.
тем, которого лучше не злить — онрё,
тем, что сросся с глубинной тоской и о ней поёт,
непременно таким, как гигант-повелитель йорм:
переполненным мощью, таранящим сквозь щиты;
сколько ни наполняешь огнём — остаюсь пустым

называй меня октябрём:
рядом очень легко простыть

настроение переменчиво — сломан штифт,
потому что внутри рагнарёк, а снаружи штиль —
гармонично-шикарны вдвоём, как мечи-дуалы
танцовщицы, чьи корни уходят под иритилл;
… показать весь текст …

мы родимся такими:
румяны, теплолюбивы,
россыпь родинок зреет кустом
смоляной рябины,
бивень будней
еще не разрезал живот; он мягкий,
обожаемый хищным миром
за уязвимость

время цепкое — крюк, пиявка;
где-то в нем мы находим
имя

вся шершавость эмоций
… показать весь текст …

Внезапно настигает немота,
И хочешь, да не вымолвить и звука,
На дне души гнездится маета,
Молчанье муз — немыслимая мука.
Воспеть бы мне вчерашнюю метель,
Но слов не нахожу от огорченья.
Весне к лицу цветенье и капель,
А холод вызывает сожаленье.
В тиши ночной чуть слышен разговор —
Шептанье, бормотанье или эхо?
Ловлю его украдкой, словно вор,
А музы заливаются от смеха…