Ты можешь с Родины уехать и жить прекрасно где-то там.
Но отголоски детства, смеха всегда ступают по пятам.

Когда слышу или читаю «справедливость восторжествует…» — вижу «конец света» с летающими бумерангами…
Это ж сколько нужно войн и других гадостей, боли, слёз — чтоб наступило торжество, которым человечество себя успокаивает…

А мы всего лишь люди)
Порой взлетаем в самомнении, куда-то несёмся .А потом «Щелк» и что-то ломается. Нужна перезагрузка…
Болезни нам даются для того, чтобы лишний раз напомнить, что мы не боги, а всего лишь Люди!

Наступает момент, когда детские игрушки как воспоминания становятся для родителей дороже, чем для детей.

Не любит счастье лишних слов,
Обид ненужных и упреков.
Слова не выразят любовь
Не понимает жизнь намёков.
А любит счастье тишину
Когда умеют оба слушать.
Ведь тишиной сказать люблю
Поверьте мне — гораздо лучше.

Всё жжёт и жжёт самое беззащитное место между лопаток, и только когда ты обнимаешь меня сзади и я прижимаюсь спиной к твоей груди, я чувствую себя спасённой.

Судьба, спасибо, за возможность встречи,
Костров из юности так сладок горький дым,
Он как лекарство от печали душу лечит,
Хоть тело и не станет молодым.
И сквозь года, и через расстояния
Спешу я снять с души нелёгкий груз,
Холодной осенью с последним покаянием
Весенней нежностью души твоей коснусь.

Бросая на мир равнодушные взгляды,
Наполнив бокалы закатным вином,
Две женщины, в чёрном и белом нарядах,
Всё чаще беседы ведут за столом.

И плачут по-женски изящные свечи,
Что прожитый день собирается в путь.
Да тихо, вполголоса, спорят о вечном
Соперницы. Мне не давая уснуть.

Как будто на годы светило утонет,
Оставив в моих удивительных снах
И нежную женщину в белом шифоне,
И строгую — в сдержанных чёрных шелках.
… показать весь текст …

Все старые тетрадки пылятся в антресоли,
Стихов забытых строчки желтеют тихо в них.
А может, просто точка поставлена на боли
И нет желанья больше мне создавать триптих.

Уеду на поляну, чтобы разжечь кострище
И буду жечь тетрадки, исполню свой каприз.
От пожелтевших строчек оставлю пепелище,
Вороны и лисицы устроят мне стриптиз.

И пусть кружится пепел вокруг того кострища,
Воронам брошу хлеба и лисам мяса дам.
Сгоревшие тетради, поднявшись с пепелища
Пусть улетают в небо навстречу всем ветрам.