Лёля рисует в альбоме котёнка Матроскина. Лёле четыре, ей мама купила мелки. Папа пошёл за сметаной и за папиросами. Мама к борщу как всегда напекла пирожки. Завтра суббота, а значит, что дедушка с бабушкой в гости приедут, и, может быть, торт привезут.
Там, за окном очень солнечно и очень радужно. Здесь же, в квартире, царят благодать и уют.

Лёля несётся по улице, ищет Матроскина. Этот стареющий мачо опять убежал. Лёля сегодня покрасилась хной в ярко-розовый, стала похожа на маленький пылкий…
… показать весь текст …

Знаешь, да всё отлично. Семья, карьера. Дочка пошла в первый класс, а жена на йогу. Пса завели, сложновыговорить-терьера. Правда, тупее нашего — помнишь? — дога, но дворянин. Родословная, как у принца. Корм дорогущий (я оптом беру в палетах). Только его жрёт, такой идиотский принцип. Я не сдаюсь, всё пихаю ему котлеты. Мама в порядке, приветы передавала. Всё сокрушалась: да как же вы, мол, не вместе. Что обо мне. Расскажи лучше ты, сначала, счастлива-нет? И давай без вот этих. Честно.

Счастлива…
… показать весь текст …

Смеялись. Говорили, вот урод. Ты только посмотри, как он идёт! Хромает и припрыгивает сразу. И взгляд пустой, какой там к черту разум.
Брезгливо искривляли щели ртов: «воняет от него, как от котов! Таких погнать бы в шею с чистых улиц!»
Он шёл вперёд, хромая и сутулясь.
Плевали вслед и прятали глаза. Он шёл вперёд и не смотрел назад, туда, где след из тысячи плевков. Не замечал презрительных кивков. Кричали, обзывались, сбили с ног. Упал — вопили «он ещё прилёг!». Пытался встать. Измазался в гря…
… показать весь текст …

«Было ли лето?», шептал мне прохладный дождь. Я, не ответив, закрыла ему окно. Если случается что-то, что очень ждёшь, всё остальное становится всё равно. «Было ли лето?», стучит по столу гроза, кости арбузов слетают с тарелки вниз. Хлопают форточки, и голосуют за то, чтобы вызвать и гром, и грозу на бис. Сто папарацци снимают со всех сторон, частые вспышки раскрасили в белый мир. Тонкие сосны становятся на поклон, чешется место, куда укусил вампир, «было ли лето?», желтеет вопрос листом, вместо ответа срывается и летит. Яблочный Спас накрывает шарлоткой стол. Сидром тепло растекается по груди. «Было ли лето?», спросил меня звездопад. Ночь из ковша тонкой струйкой стекала в пруд. Я рассмеялась, как водится, невпопад: «оно тут».

Лето переплавило все буквы, превратив стихи в стаканы с квасом. Им совсем не хочется делиться. Хочется пить залпом и до дна. Лето укорачивает брюки и в пейзаж вливает ярких красок, и улыбки клеит всем на лица. Лето как волшебная страна, где летают бабочки повсюду, где летят мальчишки на тарзанке, гномики в оранжевых жилетах мётлами сметают конфетти. Под любым кустом таится чудо. Все принцессы покидают замки, чтоб напиться вдоволь кваса-лета. Чтоб его на зиму запасти.
Сел в ладонь десантник-одуванчик, сел комар на голую лодыжку, сел старик на лавку в летнем парке, сел смартфон — и как-то наплевать. Лето — это вафельный стаканчик, речка, надувной матрас подмышкой, и стихи расплавились, как жарко.
Летом нет потребности писать.

Так это странно: жить под общей крышей, но друг о друге ни черта не знать.
Друг друга никогда ни в чем не слышать, деля ночами общую кровать.
Так это страшно: годы — с незнакомцем.
Так страшно: жизнь в звенящей пустоте.
На пальцах одинаковые кольца, но пальцы и чужие, и нете.
И не о чем смеяться вечерами.
И не о чем молчать и говорить.
Зачем вообще когда-то начинали они такой вот страшный общий быт?
И вроде, как у всех: семья и дети.
Весной на дачу, в пятницу в кабак.
Но стены дома им — как прутья клети, и вечная тюрьма их крепкий брак.
В уютных окнах одиночных камер течёт своя размеренная жизнь.
Как здорово, что это всё — не с нами.
Как страшно, что могли мы не найтись

Дрались за каждую конфету, как в ту войну за Сталинград, трехлетняя сестрёнка Света и пятилетний братик Влад.
Он оторвал всем куклам ноги, соорудив из них забор к своей игрушечной дороге, за что был изгнан в коридор и в темный угол там поставлен. Она в ответ его спецназ брала из тумбочки горстями и отправляла в унитаз.
Он бил по голове подушкой. Она плевала ему в чай. Он обзывал её подружек. А Светка бегала стучать на все его проделки маме. Он злился и жестоко мстил. Росли заклятыми врагами се…
… показать весь текст …

Однажды я уйду из соцсетей, и это будет значить: все в порядке. И мне не нужно больше новостей, вайфая и висеть на подзарядке. И я не буду знать про телеграм, не испугаюсь третью мировую, не прочитаю новых лепродрам, в коментах ничего не нарифмую, мне будет абсолютно наплевать на всё, что происходит в интернете. А вместо яндекс дзена постигать я буду дзен закатов и рассветов.
Реальность выйдет на такой этап, что с миром мы гармонии достигнем. Единственный и самый главный хайп — без зонтика попасть врасплох под ливнем.
Я никогда не сделаю репост ни ливня, ни рассвета, ни заката. Мне слать голосовые будет дрозд, из леса будет слать, не из вконтакта. Забудутся пароли от вк, но это огорчением не станет.

Все это будет позже. А пока ещё немного повишу в онлайне.

Чем гаже совесть, тем чище платье.
Дороже тачки, моднее сумки.
Тем чаще ночью, в твоей кровати,
без приглашения и без стука приходят молча
лежать в ботинках те,
о которых ты днём не помнишь.
И тут хоть вой, хоть взрывайся криком —
тебе никто не придёт на помощь.
Чем чище мысли, тем больше грязи бросают в спину.
В лицо боятся.
Тем больше рядом роится мразей,
все — в масках ангелов или агнцев.
И распознать их не так-то просто, а вступишь —
разом по грудь увязнешь.
… показать весь текст …

В нашем мире модно быть чайлдфри, я же — стопроцентная чайлдбизи. У меня три сына, раз-два-три. Три, на вашем сленге, спиногрыза.
И на жизни можно ставить крест. На карьере можно сразу дважды. Ведь теперь мой главный интерес — памперсы по акции и каша. Я теперь не женщина. Я — мать. Это значит, можно быть и стрёмной. Рассекать в халате и сшибать жопой (охренеть какой огромной!) все углы в квартире. И гнездо сделать из волос, да поклокастей.
У меня три сына. Это сто каждый день (и даже час) напа…
… показать весь текст …

Если смешать все краски,
Цвет будет серо-бурым.
Только в волшебных сказках
Есть хэппи-энды, дура!
В жизни другие ставки:
Принц обманул и бросил.
Семеро спят по лавкам,
Бац! — и уже их восемь.
Вместо короны — шапка
Вместо дворца — однушка.
Вместо полцарства — грядки,
Вместо жар-птицы — тушка
Курицы в морозилке,
Рядом пельменей пачка.
… показать весь текст …

Ты всё про космос, Юра. Мы — про Бали.
Нам ни к чему вселенной пустые дали.
Мы бы все время жрали, спали, не производили, но потребляли, кричи-не кричи «поехали» — мы не услышим, прикрывшись помехами, мы не герои — мы хипстеры и их крали, мы это небо в гробу видали.

А в общем, прости нас, Юра.

Мы всё прое@ли.

Только бы не забыть,
Не растерять в быту,
Способность вот так любить
И веру в свою мечту.
Только бы продолжать
В будущее смотреть,
Памяти не давать
Смыслами завладеть.
Лишь бы сегодня жить,
Лишь бы не жить вчера!
Только «я есть» говорить,
И никогда — «была»…

Я умею играть на нервах и немножечко на гитаре, пью до дна и стреляю первой, постоянно хожу по краю, ненавижу какао с пенкой, каблуки и пустые речи, обожаю пивас и семки, новый год и субботний вечер, виртуозно ругаюсь матом, расставляю все запятые, не терплю проходимцев рядом, чай люблю, но когда остынет.
А ещё я люблю закаты, чтобы падало в море солнце. Терпкий запах созревшей мяты. Сигаретного дыма кольца. Кеды с надписью made in china. Апельсиновое варенье. Молча знать про чужие тайны. Падать вверх и бояться тени. Я люблю свои недостатки (их не вытерпеть, не любя), виски с колой, июль и прятки.

А ещё я люблю…

Знаешь, мама, я так устала, что тебе не признаюсь ввеки. Помнишь, ты мне сама сказала: слово — пуля для человека. Я в тебя не стрельну из правды. Но и лгать я тебе не стану. Промолчу, мам. Так просто надо. Не учила меня обману, может верно, да только, видишь — ни солгать, ни ответить честно. Можешь злиться — ты не обидишь, как обидела б лживой лестью. Понимаю, тебе не в радость слышать только моё молчание. Пережди, мам, чуть-чуть осталось. Я даю тебе обещание, что опять буду — только честно — без умолку трещать о внуках. А сегодня… не интересно. Расскажу — ты умрешь от скуки. Помолчим, мам, о самом главном. Ведь тебе все и так понятно. Не обиделась? Ну и славно. Все, пока. Созвонимся завтра.

Ходи в сапогах по намытому полу, рисуй на обоях, прогуливай школу, поспорь со мной, очень внезапно взрослей — я буду любить тебя только сильней.

Набей синяков своим острым коленкам, болтай про майнкрафт, потеряй свою сменку, схвати двести двоек за сто сочинений — любовь моя будет вне всяких сомнений.

Влюбись. Разлюби. Поругайся с друзьями. Стесняйся сказать им, что я — твоя мама. Будь взбалмошным, глупым, наивным, беспечным — я буду любить тебя, маленький, вечно.

Стань выше меня и впервые поб…
… показать весь текст …

Привези мне, говорит, цветочек аленький. Он везёт огромный веник красных роз. А она цедит сквозь зубы: это маленький! Ты б ещё, блин, одуванчик мне привёз.
И он едет за цветочком экзотическим, чтоб один бутон размером был, как зонт. А она ему сквозь зубы: ну, технически, это вовсе не цветок, а корнеплод.
Привези мне, говорит, яйцо кощеево. Чтоб с иглой внутри. Чтоб заяц в сундуке. Привези златую цепь с большого дерева. Колдуна с волшебной палочкой в руке. Зуб дракона привези. Перо жарптицыно. З…
… показать весь текст …

Человечество без эмоций. Не смеёмся, а ставим смайлы. Мы не знаем в лицо соседей, но воруем у них wi-fi. Мы почти что не видим солнца. Только летом, и очень мало. И во ртах у нас привкус меди. И в сердцах у нас лёд и сталь. Мы не чувствуем и не слышим, можем видеть, не замечая. Мы всегда в стороне. Вне зоны. Недоступны, как абонент. Меньше спим. Экономней дышим. Закаляемся и крепчаем. Ставим рамки и чтим законы. Даже там, где законов нет. Мы давно разучились плакать. Мы забыли, как быть живыми. Непосредственного ребёнка мы стремимся в себе убить. Заведите ему собаку. Он научится быть любимым. Заведите ему котёнка. Он научит его любить.

Зима пришла! Пора готовить к лету обвисший зад и подуставший пресс. Я в инстаграме видела диету, великих натворившую чудес: там с ней такие пышки стали няши, без всяких бёрпи, просто на еде, что я готова год питаться кашей без сахара и фруктов, на воде.
Вот, первый день, сегодня на кефире. Сижу, хлебаю, хочется котлет. И очень вкусно пахнет по квартире сегодняшний (не для меня) обед. Листаю хмуро фотки в инстаграме, смотрю на эти попы и грущу. Клянусь себе, что тоже к лету стану такой же, если…
… показать весь текст …

Прости меня, я целовалась с ветром. Он на меня напал из подворотни и был таким порывистым и летним, что мог поцеловать кого угодно.
Я просто подвернулась на дороге, такое вот стечение обстоятельств. Он пах березой, краской и немного дождём. Он был до одури прекрасен!
Он дальше полетел, а я осталась. И на губах остался привкус липы. Прости меня, я с маем целовалась. А он в ответ до дна мне душу выпил.