Юрий Тубольцев

— Я убил человека.
— А это что, парафраз концепции Раскольникова?
— А что, не похоже на правду?
— Ну ты же писатель!
— А ты докажи!
(достаёт топор, ищет в Гугле фотографии старух)
— Аааа. Читал, читал и дочитался!
— Не все понимают гениев!

— Дурак! Стань поэтом и нажимай на рифму! А руку из-под юбки убери!
— А это по сценарию! Интрига такая!
— Кино смотрят глазами, а не лапают тех, кто сидит около!
— Дело не в причине, дело в фабуле отношений!
— А смотря какой жанр! Если разврат, то руки чешутся!
— А для молодежи это характерно и норма!
— Для разной молодежи разные нормы. А ты почему руку до сих пор не убрал?
— А она там застряла!
— Ааааа. И часто у тебя руки под юбками застревают?
— А я всегда как в первый раз, у меня склероз!
— Ааааа. Действительно интересно. Когда руки парней попадают под юбки девушкам, это повод для дискуссии.
(через пятнадцать минут. Фильм закончился).
— А давай останемся на следующий сеанс?
— А это что, потому что рука застряла?
… показать весь текст …

Жёны ревнуют поэтов
К красивому слогу,
Даёшь авангарду дорогу!
Но в жизни нет творчеству
Первого места,
Стих трется как арьергардное тесто.
Вы не ищете рифм в моих стихах.
Слова соединяю впопыхах.

— И какой серьёзный смысл в твоей руке?
— А что ещё делать?
— Убери руку из-под юбки, если не можешь обосновать!
— А ты что, даёшь только тем, кто аргументирует?
— А это что, бунт?
— Ну, если честно, мне не чешется, не буду оправдываться!
— Ну и дурак, а ведь мог доказать!
(парень отсаживается от девушки через сиденье. Вдруг рвется плёнка, фильм останавливается).
— Это все потому, что ты такой не настойчивый!
— Все со всем связано, но не так!

Однажды к автору зашли санитары. А надо было к его лирическому герою заходить!
Привет, Мастер и Маргарита!

Все можно перевернуть до противоположности.

Мир с логикой не совместим.

Проснулся. Написал букву «а». Стал думать, какую написать вторую букву.
Вечером перед сном решил, что утро вечера мудренее:
— Вторую букву завтра напишу.
— Завтра нет! — сказал критик.
Но великий писатель критиков не слушал.

— Я убил человека.
— А у меня такая же первая строчка романа!
— А я по Ницше!
— Нет, я по Достоевскому!
— Ну тогда мы друг друга не поймём!
— А давай ты почитаешь Достоевского, а я — Ницше!
— Но тогда мы напишем с тобой один и тот же роман!
— Ты что, думаешь, что не только первая строчка, а весь роман совпадёт?
— Да, если мы будем читать одни и те же книжки, то наши романы совпадут строчка в строчку.
— Ок, давай писать вместе. Возьмем друг друга в соавторы.
— Ок, Нобелевскую премию поделим пополам!

Теодор на окраине Челябинска никак не мог себя узнать.
— Санёк! — заорала Настька.
Теодор посмотрел мимо и отвернулся.
— Ванёк! — заорала Наташка.
Теодор шмыгнул носом и посмотрел под ноги.
— Леха! — заорала Машка.
Теодор посмотрел сквозь неё и насупился.
— Девчонки, да он же себя не узнаёт! — поняла Дашка.
— А вдруг он себя представляет каким-нибудь Теодором! — засмеялась Ленка.
— Что? — вдруг среагировал Теодор!
— О! Да он же и впрямь Теодор! — обступили его девчонки.
— Барышни, Вы обознались, я Теодор Ториодорович, меня только по имени отчеству, — не согласился Теодор.
— Какой солидный мужчина, — засмущались девчонки и стыдливо ушли.
А Теодор стал вспоминать, что он забыл в Челябинске.
… показать весь текст …