Теодор на окраине Челябинска никак не мог себя узнать.
— Санёк! — заорала Настька.
Теодор посмотрел мимо и отвернулся.
— Ванёк! — заорала Наташка.
Теодор шмыгнул носом и посмотрел под ноги.
— Леха! — заорала Машка.
Теодор посмотрел сквозь неё и насупился.
— Девчонки, да он же себя не узнаёт! — поняла Дашка.
— А вдруг он себя представляет каким-нибудь Теодором! — засмеялась Ленка.
— Что? — вдруг среагировал Теодор!
— О! Да он же и впрямь Теодор! — обступили его девчонки.
— Барышни, Вы обознались, я Теодор Ториодорович, меня только по имени отчеству, — не согласился Теодор.
— Какой солидный мужчина, — засмущались девчонки и стыдливо ушли.
А Теодор стал вспоминать, что он забыл в Челябинске.
А Элеоноры с Аграфеной нигде не было.

Хороший ответ всегда далек от вопроса.

В любом ряду есть неурядица.

Жизнь — это игра в шахматы на поле, где нету клеток.

— Разбавьте мне Фрейда Марксом, без сахара! — сказал философ официанту.
— Маркса с Фрейдом можно только перетереть! — предложил официант.
— Ну, хорошо, на сколько это возможно, только без ересей! — согласился философ.
— Только пересядьте, пожалуйста, на стол! На стульях у нас не сидят! — сказал официант.
— Да, на стульях сидели в прошлом веке, я думал тряхнуть стариной! — объяснил философ.
— Ну и шутник! — засмеялся официант.

Старые мысли обновляют мир.