Юрий Тубольцев

Любовь — это борьба, в которой постоянно случаются переборы.

Я убил человека, чтобы стать сверхчеловеком, но стал сверхрабом.

Чем выше ранг, тем злее бумеранг.

— Я затащил звезду в лабораторию и стал ее измерять.
— Да брось ты, я тебе сама все про себя расскажу! — сказала Звезда и… тут начались интимные подробности.
— Не понял? Ты небесная звезда или звезда Ютуба? — удивился я.
— А это, как тебе будет угодно! — засмеялась звезда и улетела обратно на небо.
— Никогда не измеряй звезды, когда они в черных чулках! — сказал мне начальник лаборатории.
— Да у тебя не лаборатория, а бордель! — крикнула с неба сбежавшая звезда.
И я решил больше не ходить в эту лабораторию.

Медведь никогда не расплачивается за сладкое.

Женщина — это блюдо, откушав которое, становишься еще голоднее.

— Я убил человека.
— А ты что, подстраиваешься под чернуху детективов?
— Нет, это у меня по Достоевскому, как Раскольников, философский роман.
— Серьезная литература нужна, но зачем вставлять детективные сюжеты?
— Это философский сюжет, ты что, «Преступление и наказание» не читал?
— Достоевский писал детективы.
— Ну, приехали!
И я пошел искать другого редактора.
Новым редактором оказалась красивая девушка, которая всегда ходила в миниюбке и черных чулках. Но, вместо написания романа, она раскр…
… показать весь текст …

— Я убил человека.
— И проснулся.
— Да не, я по Достоевскому, как Раскольников.
— А Раскольников тоже спал, его теория работает только во сне.
— А Раскольников тоже проснулся?
— Да, все люди начали постепенно просыпаться и, когда все проснутся, на Земле будет Рай.
— А если людей опять усыпят? Если их один раз усыпили, значит усыпят снова и снова.
— Нет! Людей больше никогда, никогда, никогда не усыпят! Потому что ты и Достоевский объяснили людям, в чем ошибка Раскольникова. А если люди не будут просыпаться, ты их щепай! — посоветовал мне редактор.
— Хорошо! Если люди не будут просыпаться, я их буду щепать!
И я пошел на улицу и стал щепать девушек за щечки. Я их щепал, а они просыпались, и Рай на Земле стал приближаться.

- Я убил человека.
— А ты точно знаешь, как эту историю рассказать?
— Ну основная мысль есть, это главное.
— А какой сюжет? Развязка? Более мелкие моменты? Персонажи?
— Я никогда сразу не пишу весь план, главное — идея!
— Хорошо, с тебя три тысячи долларов.
— Ой, да за такие деньги я и без редактора напишу.
— Не напишешь!
— А давай поспорим!
И мы с редактором поспорили, что я сам напишу роман.
Но вдруг почему-то на каждом шагу стали появляться девушки в коротких юбках. Я стал знакомиться, знакомиться, знакомиться и вообще забыл, что хотел стать писателем.
А потом оказалось, что мою первую строчку подражания Раскольникову Достоевского «я убил человека» приняли за серийного маньяка и стали мне подставлять провоцирующе одетых девушек, чтобы я знакомился.
Но я потом, по мотивам своих знакомств, все-таки роман написал сам, без редактора.
— А ничего в твоей фразе «я убил человека» не понятно, в милиции сказали: иди переписывай! — объяснил мне историю написания моих приключений редактор.

Человека человеком делает фантанирующая неугомонность.