Юрий Тубольцев

— Я убил человека.
— Это у тебя экспозиция. Экспозиция — ввод в действие, короткий рассказ о событиях, предшествующих возникновению конфликта, экспозиция перерастает в завязку. Экспозиция может вводить в повествование сведения о действующих лицах вне непосредственной связи с изображаемыми событиями.
— А как ты догадался?
— А у тебя же Достоевский любимый писатель.
— Да, ты угадал. Это первая строчка моего нового романа, подражание Раскольникову.
— А у тебя какие любимые клубы?
— А я в клубах ник…
… показать весь текст …

И глист взлетит выше орла, если он в жопе космонавта.

Запыленные зеркала не взаимны.

Не тяни курицу выше курятника.

Наивная снегурочка может обжечься даже об снеговика.

О безумии мира не думают только безумные.

Сначала выбираешь не тот путь, потом надеваешь не свои ботинки, а
потом начинаешь отзываться на чужие имена.

Будь, и поймешь суть.

Жизнь мужчины — сплошные увертки,
Винтик в обществе, винтик в семье,
Роль же женщины суть роль отвертки.
Докрутить пустоты градиент.
Доварить топоровый щиент.
Докормить муженьковый пузент.

После Дарвина человек стал подобен часам, которые пытаются угадать время.

— Хочу быть человеком! — сказала обезьяна.
— Скромность украшает человека, если у него нет других достоинств. И тебе не стыдно лезть в люди? — спросил Дарвин.
— А я хочу быть сразу сверхчеловеком! — размечталась обезьяна.
— Все! Ловлю тебя на слове! Раз ты такая нескромная, станешь сразу гением!
И обезьяна стала сверхчеловеком, а Дарвин стал обезьяной. Дарвин ей уступил.
И тут на Земле настал полный копец, топливо кончилось, техника перестала работать и все люди вымерли, выжили только живущие на природе обезьяны. Но Дарвин забыл свою теорию и уже не стал опять человеком.

— Я убил человека.
— Это что, преступление?
— Нет, это философия!
— Ааааа! Теперь убийство — это философия, все с тобой ясно! Ыыыыыы!
— Да это я по Достоевскому, Раскольникову подражаю, первая строчка моего будущего романа это! Ыыыыыыы!
— Ааааааааа! А я думал, ты про себя. Автофикшн, так сказать.
— Раскольниковфикшн!
— Аааааааа! Когда Вы поняли, про что у Вас история, Вы думаете, как ее рассказать! Айда в ночной клуб!
— Зачем?
— Управляющей идеей твоего романа будет, что ты маньяк-девственник ищ…
… показать весь текст …

- Я убил человека.
— Не вижу коммерческого потенциала! Почему Вы решили, что Вашу книгу будут покупать?
— А я скажу, что это фикшн, что я маньяк!
— Аааааа! Точно! Так мы раскрутим твою книгу!
И мы пошли охотиться за девушками.
В конце концов мы написали приключения в клубах.
— А «я убил человека» как дописать?
— А я не редактор, я следователь!
— Что? Я же искал редактора.
А не надо было такую строчку провокационную писать! Ыыыыыыы!
— Аааааааааа!
А планы меняются и сюжетные линии иногда надо переделывать, поэтому я всех следующих редакторов стал проверять — редактора они или следователи. Ведь гений — всегда не понятый — опять подсунут следователя.

Жили были ю-носики и ю-щечки. И мечтали они стать ю-мордочкой.
Но сказочник не умел рисовать.
— Пригласите художника! — просили у сказочника ю-носики и ю-щечки.
Но у сказочника не было денег.
И вот однажды в сказку пришел художник и… бесплатно нарисовал из ю-носиков и ю-щечек мордочку.
Но сказочник сказал художнику, что за бесплатно работать нельзя и… разъединил ю-носики и ю-щечки.
Так из ю-носиков и ю-щечек мордочки и не получилось.
Уважаемые читатели! Копите деньги, давайте вместе закажем художника и сделаем из ю-носиков и ю-щечек ю-мордочку.