Зачем я все это пишу?
Сама не знаю, просто слышу
Внутри себя гудящий шум,
Громящий дом, сносящий крышу.

Как будто надо строить гать,
Ползти из топи нехорошей,
Как будто надо убегать,
Но некуда и не поможет.

Я в ступоре, я в столбняке,
Я не могу принять решенье.
Я — пустота, муляж, макет,
Осколок кораблекрушенья.
… показать весь текст …

Распластала крылья снежность.
Распахнул врата простор.
Сероокая безбрежность
В пух расстреливала взор.

Солнце в полдень проглянуло,
Заискрилась снега гладь,
В море снежном утонула
Голубых метелей рать.

Вмиг сугробы стали ниже,
Их разнежил свет лучей.
Льдинки звонкие под крышей
Превращались в скрипачей.
… показать весь текст …

Время штопает раненых. Доктор твердит: довольно.
Бог берёт меня на руки. Шепчет свою молитву.
Я не слышу ни слова, лишь вижу, что знает — больно.
И ценю его эту способность со мною слиться.
И люблю его эти глаза, что лучи пронзают.
Я лежу, от них щурюсь, а соль по щекам стекает.
Я не вижу ни капли, но чувствую, я живая.
До свидания, доктор, я вновь говорю стихами.
До свидания, доктор. Время, я не прощаюсь.
Мне обещано ныне, пусть шепотом, очень много.
Я не знаю пока. надолго ли это счастье.
Я не знаю. Кому там молятся боги?..

Уйти бы в рай, да здесь дела остались:
Собрать осколки неба, чтоб опять
Приклеить их, смочив слезами палец,
И дальше жить — спасаться и спасать.

Тащить на плот, срывая ногти, сирых,
И ждать в ответ, как водится, пинка.
Но страшно то, что под крестом кассиры
Спасением торгуют напоказ.

От мух следы на золотых окладах,
Горят огни, топорщится парча.
И дьявол проповедует, как надо,
А как не надо, пастыри молчат.
… показать весь текст …

Разверзлась неба синь над головой,
Мой мир сегодня безучастно сер.
Ушел из этой жизни Лановой —
Любимый «Грэй» и главный «Офицер»…

А как со сцены Он стихи читал!
Я забывала, что могу дышать …
Ушёл, но не покинул пьедестал-
Не в силах это даже смерть решать…

Он будет жить во множестве ролей…
И я не знаю, что там в небесах,
Но на земном любом из кораблей
Опущены сегодня паруса.
… показать весь текст …

растаял белый снег на подоконнике.
в шкафу пылятся куртки и года.
и видится, как мы на кадрах хроники
уходим в роковое никуда.

У каждого своя зона комфорта и переться туда со своим диваном не стоит.

те, кому мы отсылаем письма и посвящаем свои лучшие строки,
как правило даже не распечатывают конверты,
мы смеёмся и плачем от того, как же мы одиноки,
а толпа, хохоча, нас зовёт поэтами.

мы люди с натянутыми нервами без брони и кожи,
мы пишем не для того, чтоб попасть в хит.

всё куда проще:
если в жизни любовь невозможна,
мы её помещаем
в стихи.

Однако, здравствуй! Как твои дела?
Надеюсь, у тебя всё хорошо…
У вас — дожди, у нас — метут снега,
Вот и январь практически прошёл…

Совсем чуть-чуть осталось до весны,
И не спасёт день лишний в феврале…
А ты, как прежде, ходишь в мои сны:
Скучаешь, видно, тоже обо мне.

И я… я помню рук твоих тепло,
Божественную нежность губ и глаз…
Забыть пыталась, вроде бы, прошло…
А нынче, видишь, снова сорвалась.
… показать весь текст …

Мы черствеем — а как же иначе,
Мы теряем — уже не найти.
Исполняя жизни задачи,
Мы уходим по сроку судьбы.

Оглянуться уже нету силы,
Что-то взвесить, а что-то сберечь.
И друзей посещая могилы,
Не желая порой этих встреч.

В голове бы собрать нам все мысли,
Выпить чая и ринутья в бой.
Только в этом давно нету смысла,
Если ты уже еле живой…
… показать весь текст …