Не пытайся себя обмануть,
Ведь непрочны песочные замки,
Что прошло, то уже не вернуть —
Не наступит вчерашнее завтра.
Отражается небо в реке,
Даже птицы замолкли под вечер.
И лишь только следы на песке,
Как слова, уходящие в вечность…
Тёмно-синяя ночь, словно крылья танцующей бабочки,
Нежно гладила берег прибоем пьянящего моря.
Кто-то снова свои зажигает небесные лампочки,
Предлагает душистый настой чабреца с зверобоем.
И сливается с ветром ночным шёпот эха незримого,
В сладком пении птиц, где плетутся цветные поляны —
Там, где милая девушка ждёт не дождётся любимого,
Всё рисуя свои на песчаных полотнах фонтаны.
И летят облака, словно птицы на юг перелётные,
Распушив одеяния жмутся друг к другу спиною.
Может, так вот и мы тоже станем с тобою свободными
И, как те облака, будем нежно парить над землёю.
Когда ты не влюблен ты ровно дышишь,
Когда тебя плевать на все, что говорят.
Когда нет интереса и до «звезды», что пишут…
И в глубине души все недры крепко спят…
Когда внимания тебе не уделяют,
Когда заботы ты не чувствовал давно…
Поступки и слова уже не удивляют…
Когда вокруг всем просто всё равно…
Тогда так хочется проснуться в прошлом.
Так хочется всё снова испытать!
В начале, почему-то, всё не так уж сложно…
Была бы воля, сто раз сначала начинать…
Ещё вчера неразберихой, вознёй, игрой был полон дом.
Сегодня — пусто, чисто, тихо. Птенцы покинули гнездо.
А под багряным абажуром сидит отец. Напротив — мать.
Как будто холодом дохнуло меж ними. Надо принимать…
и привыкать жить друг для друга, без суеты и без забот.
Зато — открыты для досуга… Но сердце оторопь берёт:
Не манит поздняя свобода, когда связующая нить
меня тянула год за годом и разбудить, и накормить.
Теперь, хоть чувства не избыты, в макушку не поцеловать,
в ответе хрипло-басовитом не слышать нежные слова.
*****
Сыны… птенцы, вы оперились и — в путь, всё выше, всё быстрей.