Было ему два года. Он не умел говорить.
Только имя своё мог уже лепетать.
«Ленин» — звали его.
Что ещё прекрасней и важней
Могла подарить ему Родина, мать?
«Ленин, — она шептала при свете тюремной свечи. —
Ленин! Какое имя ты получил, сынок,
Чтобы во тьме тюремной, в чёрной её ночи
Светом от этого имени ты поделиться мог!»
Мальчик смеялся звонко в мире волков и овец,
Он не изведал горя, был несмышлён и мал.
Но у стены тюремной мать поразил свинец
Утром, когда ребёнок без колыбели спал.
…Сжался на жёстком ложе тёплый живой комок.
О, что я вдруг вспомнила! Когда-то в школе заставляли наизусть учить... Так хорошо заставляли, что, оказывается, до сих пор помню. Сейчас это, наверное, выглядит странно, нелепо и даже смешно. Но... Мы верили в ЭТО, помните?
Говорили, что написано о реальном случае. Увы. не помню ни автора, ни имени героини
