Любовь — не водица, но и её отстaивают.

«Холодно», — говорила я маме,
Она меня слышала, сквозь небеса.

Мне часто снятся твои касанья рук,
Улыбка, нежность, трепет синих глаз.
И нега в теле и полёт, куда-то вдруг
И наше воскрешенье, как экстаз.

И звезды, ночь и чьи-то тени на Луне
Душистых трав благоуханье за окном.
И смятая постель, в бокалах Шардоне,
Ночник и книга, оставленная на потом.

И Ремингтон на письменном столе
Бумаги лист и эта начатая повесть.
И всё как-будто было в сентябре,
А дальше — я уже совсем не помню.

Сильнее воли богов наглость человеческая.

Неровными штрихами по закату,
Рисует дождь унылую картину.
Сюжет выходит мокрый и невнятный,
Напоминает чем-то паутину,

Художник из дождя — совсем неважный,
От луж — на всём холсте сплошные ляпы.
И мир какой-то всюду серо-влажный,
В нём заплутали летние этапы.

Дождь — то охватит всё своим напором,
Шаля, шагает мощным ураганом.
То медленно — измученным танцором,
Бредёт, и будто не был хулиганом.
… показать весь текст …

Травмированные мысли изливаются на бумагу, когда взрываются мозги.

Каждое живое существо стремится к свету и теплу. Растения изо всех сил тянутся к солнцу, животные ищут или создают себе укрытия поуютнее. А у человека помимо потребности создать хорошие условия для обитания, есть ещё одна потребность — это душевный комфорт. Люди тянутся к добру, пониманию, милосердию, нежности и уходят оттуда, где их душе больно и холодно… Дарите друг другу свет, не скупитесь на тепло своего сердца для близких людей. Храните друг друга молитвами, добрыми мыслями и поступками. Любите. И одиночество никогда не зайдёт в ваш дом надолго.

Каждый выбирает сам какие аккорды чаще использовать, минорные или мажорные, для создания своей мелодии жизни!

Oбоюдоострый меч ненависти, выковывают тупой кувалдой неприятия чужой веры, мнения, ценностей и истории.

Он был в моей жизни. Герой не романа.
Такой безысходно чужой.
Он с детской трагедией полуобмана
Оставил меня за спиной

На годы, летящие поездом скорым.
Но кажется мне до сих пор,
Что, вырванный с кровью последней опоры,
Не кончился наш разговор…

Ползет по ладоням набросок багровый.
И я принимаю дары:
Он был в моей жизни, святой и суровый —
Таких не бывает вторых…