Тонко и точно продумана этика
всякого крупного кровопролития:
чистые руки — у теоретика,
чистая совесть — у исполнителя

строчки вяжутся в стишок,
море лижет сушу.
дети какают в горшок,
а большие-в душу…

Мерзавцу я желаю, чтобы он в награду за подлянку и коварство
однажды заработал миллион…
и весь его потратил на лекарство.

Всего слабей усваивают люди,
взаимным обучаясь отношениям,
что слишком залезать в чужие судьбы
возможно лишь по личным приглашениям

Мужик тугим узлом совьется,
но если пламя в нем клокочет-
всегда от женщины добьется
того,…что женщина захочет.

У прошлого есть запах, вкус и цвет,
Стремление учить, влиять и значить,
И только одного, к несчастью, нет —
Возможности себя переиначить.

Огромен долг наш разным людям, а близким — более других: должны мы тем, кого мы любим — уже за то, что любим их.

А жизнь летит, и жить охота,
и слепо мечутся сердца
меж оптимизмом идиота
и пессимизмом мудреца.

Опыт не улучшил никого;
те, кого улучшил — врут безбожно;
опыт — это знание того,
что уже исправить невозможно.

Обманчива наша земная стезя,
Идешь то туда, то обратно,
И дважды войти в одну реку нельзя,
А в то же говно — многократно!