..
твой день закончился давно
как жизнь моя по коридорам
осела тихим разговором
уже темно
осталась пыль
на жёстком ворсе ковролина
красиво смотрится малина
наверно кто-то приходил
и вроде было невзначай
неловкое движенье кисти
летели и чуток зависли
холодный май,
а за стеклом
… показать весь текст …

Собрав в душе свои снега у кромки вечности,
я повторял: - ты не суди о человечности.
Жизнь каждый день уходит в ночь,
в ней — растворяется
и не копирует себя, не повторяется…
В закате сумрачного дня стоим у вечности,
в костре кипящего огня и в человечности.
Мы за собою жжём мосты,
не зная жалости…
В нас холод вечной мерзлоты,
не жги, пожалуйста…

Не предел, даже если нокаут!
И судьба говорит тебе стоп…
Не всегда можно выиграть раунд,
Сильный падая снова встаёт.

И считая минуты в упадке…
Мы по лестнице жизни идём
Хоть и бьёмся порою в припадке,
Но просвета мы всё-таки ждём.

Одеваем «броню» и «доспехи»
От предательства, подлости, лжи
Мы кидаем по контуру «вехи»,
Создавая надежд «вояжи».
… показать весь текст …

Зигмунд Оскарович Герман — человек непростой судьбы… Каждый раз, когда он приезжал в командировку в наш городок, он всегда заходил к нам. Высокий, статный, умный и тонкий собеседник. Я, девчонкой, была немного в него влюблена…
Но у нас его звали не Зигмундом, а Борисом. Его отец и дед — коренные ленинградцы. Там он родился, закончил школу, учился в институте. Отец его был директором табачной фабрики имени Урицкого. Известная фабрика «Беломор». По паспорту он — немец. Хотя родословная сложная: де…
… показать весь текст …

Постоянно рождаем недоношенные фразы, оставляя разум девственным.

Того, кто играет с вашими чувствами, отпускайте без сожаления. Игроки — ненадёжны. В любой момент предадут.

Память согревает человека изнутри. И в то же время рвет его на части.

Ищем мы дороги к звездам,
В новые миры пути,
Чтоб туда, пока не поздно,
Свой бардак перевезти.

О времени нашем и нравах
Потомки возьмутся судить,
И будут, конечно, неправы,
Ведь им не пришлось в нем пожить.